Книга Шрам: Красное Море, страница 190 – Сим Симович

— Я не хочу, — честно ответил Пьер. — Но они сами тащили нас в это болото. А я не люблю тонуть молча.

Он устал. Устал от пыли, от дешёвых формулировок, от аккуратных лиц на экране. И именно от усталости его слова вчера на связи были такими ровными: больше не осталось сил на крик.

Теперь корпорация сделала ход. Попыталась тихо закрыть файл под названием «Пьер Дюбуа».

Файл оказался с защитой.

Порт гудел, как рой ржавых пчёл.

Краны скрипели, контейнеры стучали, дизели на причале рычали каждое по-своему. Воздух стоял тяжёлый, пах солярой, солью, гниющей рыбой и горячим металлом. «Гелиос» приткнулся к бетонной стенке, как усталый зверь: тросы натянуты, трап спущен, матросы суетятся, грузчики матерятся.

Пьер стоял у леера, курил и смотрел на всё это сверху, как на старый фильм, который видел сто раз. Внизу бегали люди, в руках у каждого было своё «очень важное сейчас». У него из важных остались только сигарета и ощущение, что пора бы уже решать, как он из всей этой истории выйдет живым.

Корпорация после той заварушки с авиацией стала слишком внимательной. Приказы приходили сухие, аккуратные, но между строк читалось одно: «Сделайте работу и не думайте. Особенно не думайте громко». Попытка «случайной» ликвидации через подставной крузак только подтвердила: сверху кто-то решил, что Шрам с Маркусом ходят слишком близко к грани.

Он затянулся ещё раз, бросил окурок вниз, посмотрел на часы.

— Дюбуа, — окликнул кто-то сзади.

Голос он узнал раньше, чем обернулся. Чуть глухой, уверенный, с этой расслабленной хрипотцой человека, который привык разговаривать и с генералами, и с бандитами одинаковым тоном.

Виктор Крид стоял у трапа, как будто только что сошёл с обложки журнала: светло-серый костюм, рубашка расстёгнута на верхнюю пуговицу, без галстука. Волосы всё такиеже белёсые, глаза голубые, холодные, изучающие. Только вместо папки — планшет под мышкой и маленькая чёрная сумка на длинном ремне.

— Ты, сука, как всегда вовремя, — сказал Пьер, спускаясь ему навстречу. — Как ты вообще сюда пролез? Это же «режимный объект», великие корпоративные тайны и всё такое.

Виктор улыбнулся одним уголком рта.

— Дюбуа, если бы я не мог пролезть на обычный портовый причал, я бы давно сменил профессию, — сказал он. — У вас тут пересменка грузчиков и проверка документации. Идеальное время, чтобы к вам «зашёл представитель контрагента».

Они пожали друг другу руки. Крепко, коротко. Пьер почувствовал знакомый хват: тот же, что когда-то тянул его из московской жопы в легион, а потом из легиона — в частные войны.

— Слышал, у тебя весёлый тур по Красному морю, — сказал Виктор, глядя ему в лицо. — Пираты, авиация, партнёры, координационные проблемы. Прямо как в буклете, только без красивых картинок.

— В буклете хотя бы страховку честно прописывают, — усмехнулся Пьер. — Тут страховка у нас одна: кто первым успел лечь.

— Поговорим, — кивнул Крид на сторону. — Там, за контейнерами, тень есть. И уши поменьше.

Они сошли по трапу, прошли мимо мотающихся матросов и грузчиков, свернули за штабель синих контейнеров, за которыми портовой шум приглушился. Здесь пахло уже только раскалённым железом и пылью. Между контейнерами было прохладнее, и мир казался уже не таким громким.

Виктор достал из сумки металлическую флягу, протянул Пьеру.