Книга Его версия дома, страница 102 – Хантер Грейвс

Соберись, Кертис. Ей двадцать один. Она студентка. Ты не смеешь. Её не существует.

Мой взгляд, предательски быстрый, скользнул по линии её плеч, упрямого подбородка, сжатых кулаков. Я отвёл глаза, чувствуя, как под маской холодного профессионализма вспыхивает что-то дикое и абсолютно неуместное.

— На этот раз придумала новую причину для явки? — мой голос прозвучал, но он был не резким, как я планировал. Он был глухим, приглушённым внезапной сухостью во рту. — Или пары сегодня настолько неинтересны, Майер?

Она не двинулась с места, застыв в дверном проёме, словно решая, стоит ли ей вообще заходить или лучше, развернувшись, унести свой гнев куда подальше. Её грудь быстро вздымалась под тонкой тканью майки, а в зелёных глазах бушевала настоящая буря.

— Джессика, — продолжил я, намеренно переходя на имя, чтобы звучало чуть менее формально, но от этого, кажется, становилось только хуже. Я сдержанно кивнул в сторону её одежды. — У тебя же соревнования только вечером. Разве в такое время положено разгуливать по кампусу… в этом? И срывать дверь с петель?

Мой тон был окрашен фальшивым, натянутым спокойствием, попыткой выступить в роли строгого, но справедливого взрослого. Получалось неестественно и сухо, как будто я читал заученные строки из чужой пьесы. Казалось, от каждого моего слова она закипала сильнее, готовая стать краснее, чем чернила в моей ручке.

Она всё же сделала шаг вперёд, приблизившись к столу. На один шаг. Но в этой маленькой дистанции был вызов, которого раньше не было. Сегодна она смелее, — отметил я про себя с холодным, аналитическим интересом. Что тебе нужно, лисичка? Капитан волейбольной команды, пришедшая ко мне с плохо скрываемой нервозностью. Неужели ты думаешь, что тебя может привлечь... это?Мысль была настолько абсурдной,что я тут же отогнал её, как назойливую муху. Я — мужчина с разбитой жизнью и шрамом на пол-лица, маскирующийся под психолога. Ты — молодая, яркая, полная жизни. Между нами — пропасть. И моя задача — следить, чтобы её подруга, Кейт, в эту пропасть шагнула.

— Хотела спросить... точнее, попросить... — начала она, и я сразу уловил лёгкую хрипотцу в её голосе, попытку взять уверенный, деловой тон, которая разбивалась о внутреннюю неуверенность. Она тут же, будто для подкрепления своих слов, добавила: — И вообще-то у меня были тренировки с утра!

— Тренировки? — переспросил я, один уголок губ непроизвольно дрогнул. Это было не смехом, а скорее короткой, беззвучной вспышкой чего-то похожего на удивлённую усмешку. Она пыталась врать. Плохо. Почти по-детски.

— Да! — выпалила она.

— Джессика, — мои слова прозвучали тихо, но с убийственной ясностью. — Я сегодня с утра беседовал с Кейт Арден. У вашей команды не было утренних тренировок по расписанию.

Эффект был мгновенным и почти осязаемым. Я не знал, что человек может покраснеть так быстро. Алая волна затопила её шею, щёки, даже кончики ушей. Она стояла, словно парализованная, её глаза, широко раскрытые, на миг наполнились чистейшим, животным ужасом от того, что её поймали на вранье. Это был не гнев, не вызов. Это было оглушительное, беззащитное смущение.

На секунду в кабинете воцарилась тишина, густая и неловкая. Она дышала часто и поверхностно, глядя куда-то мимо меня, явно собираясь с мыслями и пытаясь восстановить хоть какое-то достоинство.