Книга Его версия дома, страница 120 – Хантер Грейвс

Я медленно, очень медленно, ослабил хватку, но не отпустил его лицо. Мои большие пальцы провели по его мокрым от слёз вискам с почти нежным, противоестественным жестом.

— Ты со мной, братан? — спросил я тихо, уже без шипения, но с той же неумолимой силой. — Или тебе нужно ещё раз всё вспомнить, с самого начала?

Он не ответил. Он просто стоял, дыша часто и прерывисто, глядя сквозь меня в какую-то свою внутреннюю пустоту. Но его поза, его молчание — это уже была капитуляция. Медленная, мучительная, но капитуляция.

Моя улыбка, широкая и довольная, снова расползлась по лицу. Ничего, ничего страшного. Я выжгу из него эту ересь, эту временную слабость. Я сделаю его таким же твёрдым и послушным, как и прежде. Нужно просто найти правильную точку давления. Правильную… уязвимость. Моя рука уже потянулась, чтобы похлопать его по плечу в знакомом, братскомжесте, который теперь означал бы победу и возвращение контроля.

— МИСТЕР РИЧАРДСОН!

Голос. Громкий, звонкий, без тени сомнения или страха. Он прорезал гулкую тишину нашего угла, как нож. Я замер, рука зависла в воздухе, и медленно, очень медленно, повернул голову.

Рыжая проблема.

Она даже не успела сделать и пары шагов в нашу сторону, как Кертис взорвался движением. Это не был его обычный, сдержанный уход. Это был резкий, почти инстинктивный порыв. Он шагнул вперёд, перекрывая мне обзор, и его рука — большая, с чёткими сухожилиями — схватила Джессику за локоть, с такой силой, что даже она, крепкая и спортивная, дёрнулась от неожиданности.

— Идём, — прозвучало из его уст. Одно слово. Голос был низким, сдавленным, но в нём слышалась не привычная холодная команда, а что-то другое. Срочность. Почти паника.

Он не стал ждать её ответа, не стал объяснять. Он просто развернулся и потащил её за собой, уводя прочь от меня, в противоположный конец пустого теперь коридора. Его спина, прямая и напряжённая, была обращена ко мне, как щит.

Джессика на мгновение потеряла дар речи, её лицо выражало чистейшее изумление, смешанное с нарастающим гневом. Она попыталась вырвать руку, но его хватка была железной.

— Эй, что вы… — начала она, но он её не слушал. Он просто вёл её, почти бежал, будто уносил от пожара, от эпицентра взрыва. От меня.

Я остался стоять на месте, наблюдая, как они удаляются. Моя улыбка не исчезла. Она лишь застыла, став холодной и неподвижной, как маска. Рука, которую я протянул, чтобы похлопать брата по плечу, медленно опустилась вдоль тела, пальцы непроизвольно сжались в кулак.

О, мой дорогой брат.

— Коул?

Голос сзади был мягким, чуть вопрошающим. Мгновенно, без малейшего усилия, маска растаяла, сменившись тёплой, обволакивающей улыбкой. Я развернулся.

Кейт стояла в нескольких шагах, переодетая в простые джинсы и свитер, волосы ещё влажные от душа. На её лице сияли следы недавнего триумфа и усталости, а на брови краснела аккуратная полоска пластыря. Она смотрела на меня с таким безграничным, наивным доверием, что внутри что-то сладко и болезненно сжалось.

— Солнышко моё, — мой голос стал низким, бархатным, полным обожания. Я закрыл расстояние между нами в два шага и мягко, но властно положил ладонь ей на поясницу, чувствуяпод тонкой тканью тепло её тела и упругость мышц. — Я уже начал скучать. Всё в порядке?

Она кивнула, и её взгляд на мигу скользнул за мою спину, в пустоту коридора, где только что скрылись Кертис и Джессика. Но я лёгким движением руки повернул её к выходу, отсекая ненужные вопросы, направляя её внимание только на себя.