Книга В холод, страница 26 – Нелл Уайт-Смит

— А часто святы.

— Одно и то же.

Господин Вейрре оглянулся, и я последовал его примеру. Это удивительное чудо перед нами, Отец Черных Локомотивов и разгадка тайны Хрустального Ока за плечами. Куда бы мы ни направились, мы будем здесь первыми. Здесь, на краю мира. За пределами ойкумены. Где нам самое место. После всех этих лет, после всего, что я вытерпел, — наконец я стал равен себе. И никто не смел с этим спорить. Ведь ради этого следовало оказаться здесь. Прийти на край. На острие. Сюда.

Мой взгляд упал на госпожу Карьямм. Она работала с големами, и их силуэты — тонконогого и высокого Пугала, приземистого, основательного Фонтана с его шлемом из мелких оконец, Тонны с непомерно длинными руками и бочкоподобными ногами — казались мне семьей. Самой настоящей частью дома, носимого мной внутри. В середине сердца.

Дальше тянуть с принятием решения было нельзя. Мы достаточно удалились, очевидно стало, что наст прочный, но нагревающийся воздух уже это исправлял, и выбирать, идти на помощь пострадавшим или нет, следовало прямо сейчас: госпожа Карьямм провела необходимые работы, отобрала продукты и снаряжение, которые големы потащат за собой на санях.

Она приготовилась выдвигаться. Я видел, что глубоко в душе она уже приняла решение и примется отстаивать его, за я буду или против.Исследователи ее типа беспрекословно слушаются в пути, но в палатке до последнего настаивают на своем. Приводят свои аргументы. Доказывают правоту. Спорят.

— Дикими ликровыми венами пронизана вся наша земля, хотим мы или нет, — медитативно произнес господин Вейрре, видя, с каким соблазном я борюсь, и пытаясь дать мне совет по-своему, — но в горах диких вен нет. Я рассказал госпоже Карьямм, как я поднялся на священную гору каойте, поставил флаг своего спонсора и пил там чай, посмеиваясь над суевериями. А потом рассказал, как, насладившись тишиной и красотой этого мира, успешно спустился вниз.

— И сколько пальцев ты там оставил, тоже сказал?

— Почему-то сказал, что шесть, хотя на самом деле восемь.

— А она что ответила? — вдруг заинтересовался я, почему-то тоже спрашивая не то, что мне было интересно. Я сам знал, что ушли пятеро, а вернулся один Вейрре. Точнее, по бумагам — один. В реальности ему, скорее всего, удалось провести промышленного шпиона. Именно ради его эвакуации и спонсировали экспедицию, якобы обслуживавшую тщеславие завода-нанимателя.

— Она ответила, что в этом восхождении нет ничего удивительного, ведь я принес горе те жертвы, которые она попросила, и ничего не оставил себе. Кроме вида с вершины.

— Я хочу повернуть назад и исследовать Отца Черных Локомотивов. Сестра Заката мертва. У нас есть достаточно провизии, достаточно топлива и достаточно присадки. У нас есть все, чтобы обнаружить Хрустальное Око за считаные дни. Вдруг оно ждет нас там, заперто в нем?

— Уже чувствуешь, что он часть тебя? У тебя же всегда оно так бывает, господин Тройвин.

— А у тебя нет? Не хочешь туда?

Господин Вейрре поморщился:

— А если мощности Хрустального Ока и правда там?

— Мы решим главную загадку современной географии, главную археологическую тайну истории от самого сотворения мира. Войдем в историю.

— Если мощности Хрустального Ока внутри, значит, никаких запасов топлива подо льдами Белой Тишины нет. Город ничего не создал. Никаких залежей полезных ископаемых. Значит, все зря. Нас спонсируют не для того, чтобы мы стали знамениты.