Онлайн книга «В холод»
|
Просыпаясь на несколько секунд от завывания и лая, начинаемого одной особью и по цепочке подхватываемого остальными, или от скребущего звука в двери, перед глазами я видела карту и мелкий текст на ней: «Идите одна. Не говорите никому». Утром, забрав на подносе свой завтрак и присоединившись к коллегам-ученым, я без аппетита поглощала наш утренний рацион, всегда одинаковый и тщательно продуманный с точки зрения его питательности и баланса. Он очень хорош, я точно знала чем. Господин Трайтлок умер всего сутки назад, его смерть началась здесь, а теперь уже все на своих местах. — Ну-ка, дочка, подай мне воды, — подначил меня Найлок, садясь напротив за шестиместным столом. — А то выходит как-то не amamiovan, право слово. — Am amiodar, — поправил его молодой механоид, сидящий здесь же. И я, и Найлок — мы оба посмотрели на него, и он залился краской от этого внимания. — Если вы хотели сказать «как к отцу и мастеру», то правильно «am amiodar». Простите, я… Просто это выражение принадлежит маршруту городов Золотой Ветви, а устоялось оно… — А ну-ка, ну-ка, давай, расскажи о себе, малыш, кто ты, что ты? Будешь немного, а? — Найлок достал флягу и без спроса плеснул содержимое молодому механоиду в кружку. Тот отстранился. И от Найлока, и от питья, ноуйти не мог и наверняка чувствовал себя в ловушке. Как и я с Найлоком. Всегда. — Я… я лингвист, — покраснел несчастный еще сильней. — Да? — хохотнул Найлок, принявшись с напускной галантностью наполнять из бутылки воды в центре стола стакан госпожи Оюринн, мастерицы небесной механики, занявшей место после поднявшегося мастера Тройра. — А мы что, разговаривать разучились? Чуть смутившись и заметно покраснев, молодой ученый достал небольшую жестяную коробочку и, открыв, молча предложил нам маленькие конфетки, лежавшие внутри. Видимо, этот трюк помогал ему справиться со смущением и выиграть время для размышлений. Глянув на него с сожалением, я взяла одну. — Я лингвист для войры, если говорить просто, — уточнил молодой механоид, отодвинув от себя испорченный Найлоком напиток. Я вспомнила его. Мы стояли в паре на похоронах. — Это… Это новое направление. — Чем вы занимаетесь? — тихо поинтересовалась мастерица Оюринн, очень внимательно на него посмотрев. В этот момент я раскусила конфетку и поморщилась. Даже если она и была создана освежать, то работу свою выполняла уж слишком хорошо. Заметив мое выражение лица, лингвист понимающе улыбнулся, словно бы я этим его поддержала. Он отдал жест приглашения и показал небольшой пузырек с черным содержимым. Внешне походило на перезаваренный черный чай. — Я придумал этот эксперимент в разговоре с мастером Тройвином, когда инструктировал его перед экспедицией, — пояснил он, взяв вилку и отделив от каши небольшую кусочек, придав ему форму ромба, — потому что он достаточно наглядный. Он капнул немного из своего пузырька на кашу со всей простосердечной простотой, и я, бросив взгляд на Найлока, увидела, что он очень увлечен. Взгляд его потяжелел, когда он услышал, что мастеру Тройвину проводили инструктаж на эту странную тему. Они что-то ищут в снегах. Что-то, о чем ему не сказали ни слова. — Вы знаете, что в нашей ликре содержатся микроскопические механизмы, мы называем их войровыми агентами. И знаете, что в дикой природе войра способна существовать автономно, без городов и носителей. Мы называем это явление дикой войрой, но, — говорил тем временем лингвист, замешивая жидкость с едой, старательно сохраняя при этом ее форму, — почему дикая войра умеет воспроизводить образы тех… |