Книга Искусственные ужасы, страница 193 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

Все уставились на входную дверь, которая стала тихонько приоткрываться, как только Официант замолчал. Казалось, все, кто сейчас находился возле бильярда, перестали дышать и даже моргать. Глотки перехватило, спиртное больше не лезло, мир замер. Дверь бара открылась, и в неё вошёл какой-то пьяный бродяга. Все выдохнули с облегчением.

– Что ж, сегодня нам повезло, – заметил Официант. – Этот Павел убил Ибрагима, который должен был стать глазами Роберта, его точно нельзя было трогать. Но Ибрагим смог ему отомстить перед смертью, теперь день жизни у него идёт за год, и сейчас Павел выглядит и чувствует себя как старик. Жить ему осталось недолго.

– То есть эта троица из России – всё-таки антагонисты? – решил уточнить Филипп.

– Я не знаю, – спокойно ответил Официант. – Всё возможно. До кульминации осталось совсем немного.

– Каковы шансы на успех? – поинтересовался Штеффен. – Какова вероятность, что пьеса состоится и Роберт наконец возродится?

Все взгляды были обращены в сторону таинственного парня, который знал больше всех.

– Шансы весьма велики, – улыбнулся Официант. – Пятьдесят процентов за то, что всё получится, таких показателей ещё не бывало. Мы близки к успеху, как никогда прежде. До этого дня нам приходилось довольствоваться в лучшем случае тридцатью процентами, сейчас же шансы на нашу победу и на победу антагонистов равны.

– Воистину, слава Роберту! – прокричал Филипп.

– Слава Роберту! – прокричали ему в ответ.

Бармен и несколько посетителей странно посмотрели в сторону группы, собравшейся у бильярда, но тех это, казалось, совсем не смутило.

– Я хочу вас поблагодарить, – обратилась к Официанту Сильвия. – Вы дали моему сыну Мегиддонский кинжал.

– Дал только потому, что вы меня об этом попросили, – ответил юноша. – И потому, что этот кинжал должен находиться рядом с пьесой. Но я всё так же считаю, что ваш сын был талантлив и без него, ему не стоило обрекать себя на вечное проклятье. Все пытки ада не сравнятся с муками, что ждут того, кто воспользовался кинжалом не по назначению.

– Мой сын был жалким наркоманом. – Сильвия произнеслаэто с некой грустью в голосе. – Так он хотя бы впишет себя в историю.

– Матери виднее, – с широким оскалом согласился Официант.

– Это правда, что слуги Роберта обретают бессмертие? – внезапно спросил Колин, который позже всех вступил в это сообщество, а потому и знал меньше остальных.

– Правда, – ответил Официант, после чего раскрыл свою папку и достал оттуда длинную и острую серебряную спицу. – Можешь убедиться в этом сам. – Юноша наклонил голову и рукой указал себе на шею.

Колин уже потянулся за спицей, но её перехватил Штеффен.

– Думаю, это лучше сделать мне: я всё-таки врач.

Он воткнул спицу в шею парня, и та прошла насквозь. Из раны тут же потекла кровь – такая же красная, как и у обычного человека. Официант отошёл в сторону, чтобы все почитатели Роберта могли видеть, как из его горла торчит смертельно опасная и длинная иголка. Это увидел и бармен, который мигом выбежал из-за своей стойки.

– Что здесь происходит?! – заорал Рудольф, когда на его глазах парень в залитой кровью рубашке достал из своей шеи спицу и кинул её на пол.

– Тебе не об этом стоит беспокоиться, – спокойно отозвался Официант, пока из его горла фонтанчиком брызгала кровь.