Книга Искусственные ужасы, страница 213 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

Он чувствовал сильную слабость, спина жутко болела; быть стариком совсем не весело, особенно когда стареешь так быстро. До отъезда оставалось ещё много времени, и Павел решил немного вздремнуть – в последнее время дневной сон ему полюбился. После него он чувствовал себя бодрее и соображал лучше. Кате и Богдану он наказал тоже отдохнуть, ведь неясно, насколько затянется их встреча с Ангелом и во что перерастёт. Только друзья, кажется, не особо хотели его слушать, всё-таки стариком здесь был он один. Поставив на телефоне будильник, он быстро провалился в темноту, успев поймать себя на мысли, что однажды так уснёт и не проснётся. Главное, чтоб не сегодня. Чувство, что Ангел расскажет им нечто важное, придавало ему сил.

* * *

Будильник звонил уже больше десяти минут, но Павел так и не просыпался. Катя находилась в ванной и какое-то время не слышала его звона, а Богдан вышел за покупками и понял, что происходит, только возвратившись. Он одновременно с Катей метнулся в комнату Павла. Она издала крик, увидев бездыханное тело друга. Богдан крепко её обнял. Каждый из них понимал, что это может произойти, но они даже не обсуждали такой исход. Павел всегда знал, что делать, и бороться с Робертом без него казалось почти невозможным. Внезапно веки старика зашевелились, его рука потянулась к телефону, чтобы отключить проклятый будильник. Полностью открыв глаза, он спросил:

– Что тут происходит?

Катя кинулась обнимать его, когда Богдан просто широко заулыбался.

– Ты сильно нас напугал, дедуля, – произнёс он.

– Дедуля? Мне не нравится это прозвище, – пытаясь улыбнуться, запротестовал Павел. – Думали, я уже умер? У нас дело не закончено, отложим это на пару дней.

– Отложим, – с облегчением, смахивая слезу, сказала Катя.

– А теперь проваливайте из моей комнаты, дайте дедуле переодеться, – опираясь на трость, пошутил Павел.

* * *

За окнами стемнело, когда Густав остался в фойе театра один.Они договорились встретиться после того, как все разойдутся, чтобы избавить его от лишних вопросов. План Густаву не очень нравился, просто так наведаться к Ангелу он считал не лучшей идеей, но и отказаться не мог – слишком много накопилось вопросов и слишком многое стояло на кону. Его немного потряхивало, нечто похожее он испытывал перед каждой премьерой. Хотелось даже выпить для храбрости, но в театре не нашлось алкоголя.

Автомобиль с его соратниками – теперь он называл их так – подъехал в назначенный час. За рулём сидел парень, который совсем не говорил по-немецки, – вот кому действительно, наверное, приходилось нелегко. Рядом с ним на переднем сиденье – однорукая девушка, очень симпатичная, Густаву всегда нравились высокие. А он сам устроился рядом со стариком, который был главным, и Густав до сих пор не мог поверить, что на самом деле ему всего лишь двадцать семь лет.

– Как настрой, Густав? – спросил Павел, когда автомобиль тронулся.

– Если честно, не очень, – признался он. – Мне страшно, и я волнуюсь. Без понятия, что буду говорить Ангелу. Это не тот человек, с которым можно мило поболтать.

– Вам нужно только выиграть время. Мы заберёмся в дом через подвал, говорите погромче, чтобы мы быстрее вас нашли, – кто знает, где этот Ангел захочет вести беседу.

– Постараюсь вас не подвести, – пообещал Густав.