Книга Искусственные ужасы, страница 252 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

Катя кивнула, пытаясь разгадать его намерения, ведь не просто так он это затеял. Что, если препятствие – это всего лишь трамплин, который приведёт её прямиком к цели?

– Выбери удобную стойку. Мы будем играть вдвоём. Я стану продолжением твоей ударной руки, но ты должна мне довериться, хорошо?

Она не стала с ним спорить, лишь кивнула и приняла устойчивое положение, потом положила правую руку на полотно и, широко расставив пальцы, слегка приподняла вверх костяшки, оставляя кисть по-прежнему лежащей на столе. Потом соединила указательный и большой палец. Она помнила, как играть, хотя в последний раз подходила к бильярдному столу ещё в институтские годы. В то время любая сессия их группы заканчивалась походом в местный игровой клуб.

– Представь, что у тебя две руки, – попросил Адольф, располагая кий на её пальцах, – задержи это ощущение в голове. Чувствуешь?

Теперь он встал к ней вплотную, будто закрывая её, и только сейчас Катя осознала, что наверняка её платье задралось, ведь она совсем не привыкла к такой одежде. Тело тут же напряглось от близости и от того, насколько это интимно ощущалось. Никаких мурашек или возбуждения, только дискомфорт из-за того, что всё идёт куда-то не туда.

– Расслабься, Рина, – попросил Адольф. Его правая рука легла рядом с её левой, практически зеркально. – Я лишь продолжение и ничего больше. Ты доверяешь мне?

Снова этот вопрос, в который раз он его задавал? Она попыталась расслабиться, представить, что находится в битком набитом метро. Это немного помогло.

– Да.

– Теперь смотри внимательно.

Быстрое движение его руки, хлёсткий удар кия по белому битку – и вмиг полосатые и разноцветные шары с грохотом разлетелись в стороны. Для человека, который уже выпил, удар оказался довольно точным. Значит, ей следовало поскорее вернуться к бару.

– Неплохо… – протянула она, поворачиваясь к нему. – Вижу, ты раньше играл.

– Было дело, – положив кий, сказал Адольф и придвинулся к ней. Сначала одна его рука легла на стол рядом с ней, потом вторая, и он поймал её в капкан, не позволяя отойти.

– Я бы обыграла тебя, будь у меня две руки, как в прежнее время, – с вызовом в голосе сказала Катя и сделала слабую попытку освободиться, что лишь позабавило Адольфа. На его губах заиграла уверенная улыбка. В другой ситуации она бы легко его оттолкнула, но сейчас приходилось изображать беззащитную девушку.

– Мы можем это проверить.

Теперь пришла её очередь флиртовать.

– Если только у тебя есть машина времени – тогда да, мы могли бы это проверить.

– У меня есть кое-что получше.

Наконец-то они двигались в нужном ей направлении.

– И что же это?

Он не успел ответить на её вопрос, потому что в этот момент к ним подошёл мужчина и, бесцеремонно дёрнув за плечо Адольфа, недовольно пробасил:

– Эй, вы или играйте, или освободите стол. Пообжиматься можно и в другом месте.

Браун молниеносно изменился в лице, в глазах вспыхнуло тёмное, опасное пламя. Кате понадобилась всего лишь секунда, чтобы оценить ситуацию и принять верное решение, прежде чем он успел развернуться к незнакомцу. Обхватив рукой за шею, она притянула его к себе и впилась губами. В первую секунду Адольф растерялся, но потом обнял её за талию и страстно ответил на поцелуй. Его язык своевольно проник ей в рот, и Катя прикрыла глаза, пытаясь отстраниться от неприятных ощущений, мысленно воображая совершенно другую картину. Когда бесконечный поцелуй, длившийся на самом деле от силы минуту, оборвался и Адольф отстранился от неё, она схватила его за руку и потащила к бару. Ей срочно требовалось выпить очередную порцию шнапса, чтобы смыть жгучий привкус чужих губ. Умом понимала: позволь она Брауну ответить незнакомцу, и вполне могла завязаться драка. Алкоголь раскрепощает человека, придаёт уверенности, ощущения, что ему всё по плечу: и море переплыть, и покорить самые неприступные вершины, – а это всегда ведёт к последствиям, которыеКате ни к чему. Здесь и сейчас рядом с ним она ходила по лезвию ножа. Один неверный шаг, одно неловкое движение – и всё разрушится. Поэтому, когда сладковатый вкус крепкого напитка проник внутрь, она наконец-то смогла повторить свой вопрос.