Книга Искусственные ужасы, страница 251 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

– А если бы я сказал, что светит, – заявил Браун и, подаваясь вперёд, уловил свежий, слегка дурманящий запах духов, напоминавший ему напоенный цветочнымароматом дивный сад. Его пальцы аккуратно сняли её очки и отложили на барную стойку. И он впервые увидел большие серые глаза, обрамлённые тёмными длинными ресницами, которые тут же дрогнули от удивления. Его взгляд скользнул по её губам – таким ярким, сочным и дерзким, что ему тут же захотелось коснуться их, – но в этот момент на заднем фоне раздался настолько резкий удар кия и победный крик, что Рина обернулась на звук. Её губы скрылись от него, как птица, испуганная шумом. Но он не терял надежды. Возможно, если он поможет ей, она отблагодарит его, как в своё время Эмилия. Рина не была так красива, как Ланге, и всё же привлекала его.

– Знаешь, раньше я любила играть в бильярд, – убирая в сумочку лежащие на стойке очки, вдруг сказала она.

– Мы могли бы и сейчас сыграть. – На его лице заиграла плутовская улыбка, и он поднялся, приглашая её последовать за ним.

* * *

С того момента, как она перешагнула порог этого бара, все движения, жесты и даже мимика, словно искусная маска, отражали не её, а совершенно другого человека. Катя вела себя уверенно, хотя чувствовала некий дискомфорт: ткань платья прилипала к телу, соприкасалась с грудью – и ей очень хотелось застегнуть джинсовку, спрятаться, но она пересилила себя. Знала, что так будет проще привлечь внимание Брауна.

Его она заметила сразу. Адольф сидел за барной стойкой, в руках держал бутылку пива, а взгляд его был устремлён к бильярдному столу, за которым играли двое. К её счастью, барный стул рядом с ним пустовал. Катя уселась и, закидывая ногу на ногу, заказала напиток. Она не стала использовать разные женские ухищрения, никогда не была в них сильна, но легко умела знакомиться. И в этот раз сделала то же самое.

Всё шло почти в точности так, как ей было нужно. Адольф не сводил с неё взгляда, она позволяла ему думать, что он управляет ситуацией, и даже флиртовать с ней. Она пила вместе с ним, знала, что его накроет раньше, чем её. Таким не хвастаются, но Катя могла перепить всех своих знакомых, при этом оставаясь на ногах. Шнапс оказался достаточно крепким, и после двух рюмок она расслабилась, но не до такой степени, чтобы потерять бдительность. Свою легенду она рассказала, обнажилась перед ним и внутренне, и внешне, ожидая, когда же он созреет. А созрел он довольно быстро и вместе с тем, вторгаясь в её личное пространство,позволил себе больше. Когда Адольф снял с неё очки, её мир окрасился в другие, более светлые оттенки. Его лицо оказалось бледнее, глаза не тёмными, а карими с вкраплением зелёного. Затуманенный взгляд сфокусировался на её губах, и только чудом, прежде чем он успел её поцеловать, Катя вздрогнула и обернулась на шум, а потом зачем-то сказала про бильярд. И теперь, когда они подошли к столу, стало ясно, что она не приблизилась к цели – скорее, создала самой себе серьёзное препятствие.

Народ, который ещё минуту назад следил за игрой, разошёлся, уступая им место. Адольф собрал полосатые шары и, убрав треугольник, схватил кий.

– Рина, просто позволь мне вести, – вдруг сказал он несколько расслабленным голосом, подходя к ней. – Ты же помнишь, как играть?