Книга Искусственные ужасы, страница 47 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

Ровно в назначенный час она увидела силуэт: он вышел из внезапно сгустившегося тумана. Высокий молодой мужчина ступал вдоль оград и надгробий. Полная луна освещала его бледную кожу и причудливый длинный тёмно-синий сюртук. Он медленно шёл к Светлане. Женщина с зонтиком упала на колени и смотрела только на землю, словно боясь без разрешения поднять глаза на ночного гостя.

– Тебе незачем валяться передо мной. Поднимись, я хочу посмотреть на тебя, – произнёс мужчина, возвышавшийся над взволнованной женщиной, точно статуя.

– Это правда вы? – улыбаясь, пролепетала Светлана, всё ещё не веря своим глазам, лишь испытывая благоговейный трепет, находясь рядом с ним.

– Ты так выросла, тебя почти не узнать. Я помню маленькую девочку, которая всем сердцем завидовала своему брату. Что с тобой стало? Время тебя не пощадило. – Рука мужчины дотронулась до её щеки и тут же отдёрнулась, будто прикоснулась к чему-то неприятному.

– Мой брат был талантлив, а я нет. Разве справедливо было то, что он мог рисовать такие картины, а я ничего не умела?

– Справедливости не существует. После ты завидовала и его жене, её стихам, ведь сама не могла создать ничего прекрасного.Жизнь так тебя обидела, что ты даже ребёнка не смогла родить. – На лице мужчины появилась тонкая улыбка.

Ей было больно, но она знала, что он говорит правду, пусть и неприятную.

– Именно поэтому я решила служить вам. Жизнь наплевала на меня, одарив при этом всех моих родственников.

– Чего ты хочешь? Что я могу тебе дать, чтобы успокоить твою душу? – спросил ночной гость.

– Я хочу талант, хочу рисовать так, как рисовал мой брат, как рисует моя племянница.

– Я могу тебе это дать. Однако талант – это слишком много. Разве ты сделала уже достаточно, чтобы его получить?

– Только вам решать, – снова упав на колени, произнесла Света. – Но я готова на всё, чтобы получить этот дар.

– Готова ли ты отдать мне всё, что я только попрошу? – Дьявольская улыбка появилась у него на лице.

– Да, можете забрать всё, что у меня есть, только дайте мне то, что я прошу. И я наконец-то буду счастлива. Все эти годы я только и молилась об этом.

– Бога не существует, – склонившись над ней, произнёс он, – так что никто не слышал твоих молитв. Но я исполню твоё желание, и ты сможешь рисовать.

Он приподнял её подбородок и обхватил ладонями лицо Светланы. Она ощутила невероятное тепло и задрожала.

– Я вся ваша, вся ваша, – взмолилась она, пока большие пальцы мужчины не коснулись её глаз.

– За талант брата я заберу твоё зрение. Ты сможешь рисовать невероятные картины, которые будут будоражить умы и останутся в истории даже после твоей смерти, но сама никогда не сможешь их лицезреть, – произнёс он, и большими пальцами надавил ей на глаза.

Светлана сжала зубы от невыносимой боли, подавляя вырывавшийся из горла крик. Ощущение было такое, будто она медленно, но неумолимо погружается в бездну агонии.

В следующее мгновение её глаза, словно яичный желток, вытекли из глазниц, навсегда лишив женщину возможности видеть этот мир.

Светлана не увидела, но почувствовала, что ночной гость ушёл, оставив её сидеть на коленях среди надгробий. Ноющая боль, пронизывающая глаза, никуда не ушла. Света склонила голову, и слёзы потекли по её щекам. Зонтик выпал из ослабших рук, но она ощутила непреодолимое желание творить.