Книга Фонарь Джека. 31 история для темных вечеров, страница 53 – Александра Рау, Анна Щучкина, Анхель Блэк, и др.

А вот то, что Ребекка пишет ужасы, стало шоком для всей семьи. С виду такая прилежная девушка: синий чулок и серая мышка в одном флаконе. В детстве посещала воскресную школу, пела в хоре и всегда получала только высшие оценки. Родители считали, что у них растет образованная и скромная дочь. Но как там говорится, «в тихом омуте»? За безупречными качествами скрывалась другая сторона ее личности. Внутри Ребекки творилось безумие, за ее фантазии ей точно гореть в аду, если он, конечно, существует. Ребекка не только писала жуткие сказки, но и рисовала мрачные картинки к ним, за что ее даже записали к психологу. Но он не помог. Ей нравился мрак внутри, не хватало только немного вдохновения, чтобы выплеснуть всё, что она видела у себя в голове, на бумагу.

И вот бесстрашная четверка оказалась на пороге готического коттеджа в самую страшную ночь в году.

– Предлагаю поклясться перед всеми существующими богами, что каждый из нас сегодня напишет свой самый жуткий рассказ, – предложила Трейси и вытянула мизинчик вперед.

– Поклясться на мизинчиках? – язвительно произнес Брайан.

– А почему бы и нет? Это весело, – согласился Джон и вытянул свой палец.

– И если кто-то из нас после этой ночи добьется успеха, он не забудет про остальных, – добавила Ребекка.

– Вот в это я готов вписаться, – улыбаясь, процедил Брайан и, как все, вытянул вперед свой палец.

Каждый вошел в дом со своим инструментом. Трейси работала на макбуке. Ребекка записывала всё в большую тетрадь. Брайан прихватил старую печатную машинку: ему нравилось писать так, как это делали классики. Джон же всегда держал под рукой диктофон и включал его тогда, когда в его голову приходила очередная идея.

Все они были полны амбиций и надежд, что именно этой ночью всё навсегда изменится.

– Здесь правда жил Эдгар По? – осматривая большую гостиную с картинами в вычурных рамках, поинтересовался Джон.

– Я навела справки, – призналась Трейси. – Этот дом принадлежал очень богатой семье, которая увлекалась оккультизмом, и у них однажды несколько дней гостил Эдгар По. Хотя «гостил», может, не самое верное слово: он напивался до поросячьего визга вместе с хозяином особняка. Но, по слухам, здесь он написал одно из своих стихотворений.

– Надеюсь, это был «Ворон», – задумчиво проговорил Брайан, увлеченно рассматривая книжный шкаф, полный старинных книг. В воздухе витал запах застоявшегося чая и восковых свечей.

– Может быть, уже начнем? – сразу перешла к делу Ребекка, держа в руках деревянную доску с буквами и цифрами.

– Это то, что я думаю? – спросил Джон, у которого от увиденного даже загорелись глаза.

– Да, это доска Уиджи, она очень старая, когда-то принадлежала моей прабабке, – поделилась Ребекка. – Мои религиозные родители боялись ее до чертиков, даже избавиться от нее не рискнули, поэтому прятали на чердаке. С ее помощью мы сможем поговорить с духом Эдгара По.

– Так чего же мы ждем? – подытожила Трейси.

Они решили устроить спиритический сеанс на кухне, за большим столом. Внутри на одной из стен их встретила странная надпись. Кто-то криво нацарапал:

«Слава Роберту, Демону Искусств».

– Что это еще за Роберт такой? – поинтересовался Брайан.

– Не уверена, – начала Ребекка, – но в моей воскресной школе была очень странная монашка, она пугала детей байками о Демоне Искусств. Говорила, что если испортить книгу или картину, то за тобой придет Роберт. Он мог принимать разные обличья, но чаще всего являлся в образе жуткой старухи. Она говорила, что Демон Искусств заберет тебя в свою картину, полную ужаса и страха.