Книга Фонарь Джека. 31 история для темных вечеров, страница 89 – Александра Рау, Анна Щучкина, Анхель Блэк, и др.

Призрак снова ударил, на этот раз лезвие прошлось по второй ноге. Зажмурившись, Алекс крепко держал мешок и не двигался с места. Ему было уже не уйти, но он должен был держаться, чтобы позволить огню уничтожить кости.

Мешок и трава вокруг разгорелись, скоро лесоруб выронил злосчастный топор. Изнутри призрак светился алым, как будто ему в глотку влили лаву. Алекс же ничего не чувствовал, окруженный голодной стеной огня, жар от которого контрастировал с холодной болью, что расползалась от ног. Подняв глаза, Алекс с торжеством взглянул на призрака – тот метался в агонии, сжираемый пламенем, в котором горели его кости. Где-то за пределами этого безумия кричала Ронда, но Алекс не отозвался. Ему было больно – ведь это он притащил на лесопилку друзей, из-за него погибли Кэрол и Джейк. Если Алекс кому-то и доказал что-то, то только себе – вовсе он не герой, каким хотел быть, но и не трус, каким его считал отец.

Огонь почти подобрался к Алексу, но тут кто-то схватил его за плечи и потянул прочь из пылающего кольца. Ронда. На парня тут же обрушился ледяной дождь, боль в ногах была невыносимой, но он глубоко задышал, радуясь запаху сырости и мокрой земли. По крайней мере, он выжил. Если бы не Ронда, все могло обернуться иначе. Им удалось довести начатое до конца, они уничтожили призрака. Но какой ценой?

Когда мы с Селин поступали в исправительное учреждение Халлоу-Ридж, я даже представить не могла, что это место обагрит наши с сестрой судьбы каплями алой крови.

Нашейкрови.

Мы стояли перед величественным зданием, напоминающим замок в неоготическом стиле, и жмурились от порывов пронзительного ветра. Осень в Астрее, небольшой стране на континенте Иоторос, оказалась на удивление холодной и дождливой.

Селин чуть ли не танцевала вокруг меня от восторга, пока я настороженно оглядывала площадь. Казалось, будто статуи горгулий могут ожить и отобедать мной, даже косточкой не поперхнувшись.

– Скарлетт, Скарлетт, Ска-а-арлетт. – Теперь она на самом деле танцевала, а ее медные локоны подпрыгивали при каждом шаге. – Твое недовольное лицо видит весь Халлоу-Ридж. Можешь хотя бы ненадолго притвориться, что не собираешься отсюда сбежать?

Я поджала губы и отвела взгляд, устремив его за территорию учреждения – туда, где простирался Ривенский лес. После очередного порыва ветра стая воронов взметнулась ввысь, а костлявые ветви заскрипели, склоняясь к земле будто в молитве. По телу пробежали мурашки.

Жуткое место.

Заметив мою скованность, Селин насторожилась.

– Что-то не так?

– Ты знаешь, насколько я суеверна, а сегодняшняя карта дня показала мне «Повешенного». – Я нехотя посмотрела на сестру и поймала взгляд светло-голубых глаз. В них плескался страх вперемешку с неверием. То же чувствовала и я. – Последний раз, когда выпала эта карта…

– Я помню.

Тогда не стало наших родителей.

После ужасной авиакатастрофы, разделившей наши жизни на до и после, мы с Селин три года прожили с дядей и тетей, после чего оказались в исправительном учреждении. Мы не вели себя плохо, как думали наши соседи. Не пытались покончить жизнь самоубийством, как сообщали заголовки местных газет.

Мы просто пыталисьвыжить.

Большая часть учеников Халлоу-Ридж, как ни странно, принадлежала к высшим слоям общества. Родители отправляли своих богатеньких детишек на перевоспитание, когда роскошная жизнь кружила им голову: они до беспамятства напивались, курили и употребляли, а порой дело доходило и до убийств.