Книга Когда земли окутает мрак, страница 85 – Яна Вуд

В голове у Хейты мелькнула туманная мысль: а в яме валяется Мар, и его ждет та же участь. А если этому полоумному изуверу удастся вырваться отсюда, какие беды и страдания он обрушит на остальной мир? Собственный голос вдруг зазвучал у нее в ушах: «Ты мне веришь?»

И тогда Хейта почувствовала в груди неистовый жар. Он захлестнул ее потоком безудержной силы. Точно внутри ее существа, в пепел обратив темноту, пробудилось настоящее неистовое Солнце. Хейта подняла внезапно просиявшие глаза, вскинула руку.

Дорг Лютый был настолько уверен в победе и не ждал сопротивления, что удар слепящим светом застал его врасплох. Неуклюже взмахнув руками, он рухнул на спину. Сизый свет истаял, точно легкая облачная дымка. Хейта и ее спутники освободились от вражеских пут.

Дорг Лютый собрался вскочить на ноги, но Хейта снова вскинула руку. Свет ударил его в грудь и прижал к земле. Теперь Хейта возвышалась над ним, точно истинное порождение небес. Горели ее глаза, щеки, руки. Даже вишневые волосы, казалось, источали слабое сияние.

– Позволь теперь мнедать совет, – веско проговорила она. – Никогда не вступай в схватку с тем, кому есть что терять. Ибо он будет биться не только за себя, но и за всех, кто ему дорог. И чем их будет больше, тем неистовей он станет разить.

Дорг Лютый отчаянно задергался, пытаясь вырваться из хватки света. Глаза его горели от бешенства. Но синяя мгла на его пальцах бесследно таяла, едва успев зародиться.

Хейта усмехнулась:

– Боюсь, это бесполезно.

– Не… убивай… меня, – вдруг прохрипел он.

– Это почему же? – с издевкой отозвалась девушка.

– Я не навредил твоим друзьям.

– Ты навредил Мару, – напомнила она. – Остальным просто не успел. А сколько жизней до этого ты загубил здесь и за этими пределами?

– Все… равно… – через силу выдавил тот. – В тебе… нет этого. Ты… не убийца.

– Знаешь, – в девичьем голосе слышалась насмешка, – возможно, ты и прав. Но дело ведь вот в чем. Я всё думаю… а убийство ли это, если лишаешь жизни того, кто мертв уже как тысячу лет?

– Ты… не посмеешь казнить меня… без суда, – сверкнув потухшими глазами, просипел тот.

– Тоже верно, – охотно согласилась Хейта. – Но, если подумать, суд уже приговорил тебя к смерти. Давным-давно. Я лишь повторно привожу в исполнение древний приговор.

Безумный лиходей приподнялся из последних сил и, вперив исполненный ненависти взгляд в лицо Хейты, прошипел:

– Я Дорг Лютый. Я – Фэй-Чар. Величайший волшебник в истории мира!

– Неверно, – неумолимо бросила Хейта. – Среди нас лишь один Фэй-Чар – Я. А ты… ты лишь жалкая тень. Гнусный отголосок того, кого давно нет в живых. Но даже он не был величайшим волшебником. Лишь безумным и жестоким убийцей. – Девушка смерила Дорга взглядом, преисполненным отвращения. – Слишком долго ты отравлял своей мерзостью этот мир. Пришло время положить этому конец.

Золотистый свет, направленный в грудь Дорга Лютого, сделался еще ярче и яростней. Предчувствуя неизбежную гибель, тот задергался изо всех сил в отчаянной надежде освободиться, но тщетно.

В потухших глазах Дорга протаял даже не страх, а истый, неподдельный ужас. Он силился что-то сказать, но голос его больше не слушался. И воздух огласил лишь истошный, безумный рев.

Пламя разгорелось в нем подобно огню костра, затопило до краев и начало вырываться наружу. И вскоре за стеной из огня вообще стало невозможно что-либо разглядеть. Предсмертный вопль разорвал темноту.