Книга Мы придём из видений и снов, страница 187 – Яна Вуд

Расстелив одеяло, Брон подхватил Хейту на руки и бережно опустил ее на мягкую постель. Склонившись, он зубами растянул завязки на исподних штанах и потянул их вниз. Ткань послушно заскользила по гладкой коже, обнажая ее округлые бедра и стройные ноги.

– Моя, – хрипло прошептал он.

Пальцы Брона легли на ее колени, обжигая, точно ставя клеймо. Хейта поддалась, позволяя ему развести ноги в стороны. Губы оборотня прижались к внутренней поверхности бедра, устремились выше, вырисовывая круги языком, и замерли в сокровенной ложбинке.

Хейта ахнула, задохнувшись, когда он первый раз коснулся ее там языком. Влажный жар накрыл ее с головой. Она задрожала, невольно подаваясь бедрами ему навстречу. Застонала во весь голос и призывно выгнула спину. Она тянула оборотня за волосы, ноги била предательская дрожь, тело затопил горячий мед.

Мир перед глазами окончательно подернулся пеленой страсти, а движения Брона становились все скорее, все хаотичнее. Напряжение нарастало в ее теле, противиться которому у Хейты не было ни желания, ни сил. Краем глаза она заметила, что с кончиков пальцев беспорядочно срывались золотые нити. Глаза оборотня тоже горели нечеловечьим янтарным огнем.

Неистово желая, чтобы Брон стал еще ближе, Хейта безотчетно впилась пальцами в его плечи и потянула его наверх, прижавшись жаждущими губами к его влажным губам. Этот поцелуй был похож на столкновение, завоевание, осаду, когда рушились стены, не оставляя камня на камне. Хейта всхлипнула, и Брон поглотил этот звук, углубив поцелуй и царапая ее губы острыми клыками.

На мгновение она замешкалась и отстранилась, устремив на него испытующий взор.

– Я не обернусь, – хрипло заверил он, словно извиняясь. – Но этим изменениям противиться мне не под силу. Я очень осторожен.

Хейта не ответила, уперлась руками ему в грудь и одним ловким движением опрокинула оторопевшего оборотня на спину. Обвила обнаженными ногами его крепкое тело, прильнула губами к уху и прошептала:

– Можешь быть и не очень осторожным. Я не из стекла, не разобьюсь, – и нежно прикусила его мочку, а затем слегка потянула. Оборотень гортанно зарычал, смежил веки, его тело сотрясла глубинная дрожь.

Пальцы Хейты сами потянулись к застежке ремня на его штанах, и неожиданно Брон оказался под ней таким же нагим, как она сама. Жар их тел кружил голову, словно она разом опьянела от вина.

– Брон! – хрипло прошептала Хейта.

Оборотень все истолковал верно. Охватил ее руками и вновь опрокинул на одеяло, втиснув узкие бедра между ее ногами. Он со всей силы вжался в нее, и с губ Хейты сорвался протяжный стон. Его язык скользнул по вершине ее груди, он втянул ее в рот, и Хейта задрожала всем телом, подаваясь оборотню навстречу. Овладев ее губами в очередной раз, Брон вдруг отстранился и пристально вгляделся в ее глаза.

– Я буду нежным и не причиню тебе боль, слышишь? – прошептал он.

Хейта закусила губу и поспешно кивнула.

– Если я сделаю что-то не так, ты прикажешь мне остановиться, и я послушаюсь, – тихо добавил он. – Ты можешь доверять мне во всем.

– Знаю, – улыбнулась она. – Я не боюсь.

Глаза оборотня потемнели от предвкушения. Он прижался к ее припухшим губам, прикусил нижнюю, тотчас зализав укус языком, отвлекая ее, даря обещание, распаляя. И, приподняв ее бедра, осторожно подался вперед.