Книга Мы придём из видений и снов, страница 4 – Яна Вуд

Мора хотела закричать, но горло ее не смогло издать ни звука. Она уставилась на золу, что кружила вокруг чудовища, как преданная псина вокруг хозяина.

Жуткое понимание озарило разум: не зола то была, а людские останки! Вот почему в лагере сделалось так мертвенно тихо.

– Мама, – прошептала она одними губами.

Мора перевела взгляд на родной шатер. В нем тоже было тихо. Только ветер, сипло дыша, теребил старую, выгоревшую на солнце ткань. Девочка пошатнулась. Она ведь не успела с матерью даже попрощаться, не успела сказать, как сильно любит ее.

Руки Моры предательски задрожали, лукошко полетело вниз, ударилось о землю, и кроваво-красные ягоды покатились по земле. Зловещее нечто шевельнулось, оно заметило ее – от осознания этого девочку забила частая дрожь.

Внезапно чья-то высокая тень скользнула мимо нее и устремилась к центру поляны. Оцепенев от ужаса, Мора с трудом повернула голову. Тенью оказалась неведомая гостья в мрачном темном плаще. На спину ее ниспадали густые черные волосы, а на голове грозно возвышались изогнутые рога. Девочка судорожно сглотнула: незнакомка не была человеком.

В ужасе, близком к помешательству, Мора наблюдала, как та приблизилась к кошмарному существу, точно вовсе не ведала чувства страха.

Существо отчего-то не потянулось к ней, чтобы уничтожить.

Незнакомка вскинула когтистую руку и громко проговорила на неведомом языке:

– Рраг крог охар, тор дэррог обар кхор, Шеррах [2].

Черное бесформенное тело, отливавшее льдистым блеском, задрожало. Казалось, существо осмысливало услышанное. Как вдруг его бездонная глотка разверзлась, и воздух прорезал такой оглушительный вопль, что Мора, застигнутая острой пульсирующей болью, невольно вскрикнула и схватилась за уши.

Затаив дыхание, она ждала, что существо набросится на неведомую гостью, но оно не сдвинулось с места. В изумлении девочка поняла: что бы та ни сказала, оно послушалось.

Мора взглянула на незнакомку, надеясь, что та сейчас велит существу убраться отсюда. Точно прочитав ее мысли, рогатая гостья обернулась к ней. Мора поежилась – глаза женщины оказались ядовито-желтыми, а зрачок был по-змеиному узким. Девочка знала, такие глаза не сулили ничего хорошего. Но ужас не позволил ей сдвинуться с места. Она стояла и смотрела на незнакомку и чудовище за ее спиной, словно беззащитный перепуганный кролик.

Губы рогатой гостьи шевельнулись, проронив на всеобщем одно-единственное слово:

– Убей.

Фиалковые глаза Моры в ужасе распахнулись. Истошный крик потонул в вое неведомой твари. Волна жгучего холода вдруг накрыла девочку с головой. Казалось, сами вены ее покрылись изнутри ледяной коркой. Она больше не чувствовала тела, а потом, опустив глаза, осознала, что тела у нее и не осталось. Оно стремительно разлеталось по воздуху зловещими черными хлопьями.

– Мама, – прошептала Мора, сдвинув брови, точно сомневаясь, а была ли вообще у нее когда-нибудь мама? Дыхание девочки оборвалось на вдохе. Одинокая слеза, скатившись по щеке, истаяла, не долетев до земли. А последними в черную пыль обратились перья на плетеном кожаном ободке…