Книга Мы придём из видений и снов, страница 67 – Яна Вуд

Брон пнул в бок Мара и Харпу, растолковал им, как обстояло дело, и они живо принялись воплощать в жизнь их план, вызывая гнев Кхары на себя. Хейта же подступила к Улле.

– Мне нужна твоя помощь.

Та непонимающе нахмурилась.

– Обычные раны этой твари не страшны, – спешно пояснила Хейта. – Нам нужно нанести глубокие. Хотя бы на время заставить ее отступить.

Улла кивнула. И они встали бок о бок, приготовившись к бою. Мар, Харпа и Брон нападали на мерзкую тварь, всецело завладев ее вниманием. Улучив подходящий момент, Хейта и Улла ударили одновременно.

Хейта обрушила на Кхару всю мощь своего волшебства. Улла же, взвившись с земли в неимоверном прыжке, впилась когтями в ее спину и принялась тянуть из нее силы. Льдисто-синий свет потек по ее рукам, наполняя тело хелмеры жутковатым сизым сиянием.

И тогда Кхара заревела по-настоящему. Кровь текла по ее спине багровыми ручьями. Но она все равно не шла на попятную: ее когтистые руки часто-часто замелькали в полумраке, обрушиваясь на хранителей.

Мар и Брон отлетели в сторону, ободрав кожу на животе о корни деревьев. Харпу подбросило в воздух. Она глухо стукнулась головой о ствол дерева, сползла по нему на землю и осталась лежать. Хейта и Улла кинулись им на подмогу, но Кхара преградила им путь и принялась надвигаться. И тогда навстречу ей бросился Фэйр.

– Отвернитесь! – выкрикнул он и запустил в Кхару пылающим шаром из веток и листьев. Тот глухо стукнулся об уродливое тело, не причинив никакого вреда, и отлетел Кхаре под ноги. Та недоуменно пригнулась, разглядывая неведомую вещицу. Ее безобразный рот скривился в подобии злорадной усмешки.

– Кажется, ты оплошал, – прокаркала она.

Фэйр усмехнулся уголком рта:

– О, я попал точно в цель.

А в следующий миг шар вспыхнул и взорвался с оглушительным грохотом. На этот раз Кхара даже не взревела, а взвыла, давясь неистовой яростью и жгучей мучительной болью. Кожа на ее голове, груди и животе превратилась в одну кровавую рану. Но прежде чем снова наброситься на обидчиков, она подняла к небу лицо и то ли заревела, то ли завыла. Это был не простой рев, но громогласный приказ.

– Вы перешли черту. И скоро за это поплатитесь, – хрипло прокаркала она. – Я думала убить вас быстро. Но теперь ваше мучение продлится вечность.

– Она позвала нежить, – проронила Улла то, что и так было у всех на уме.

Кхара криво осклабилась и снова принялась надвигаться. Но тут откуда ни возьмись налетел ветер. Закружил мертвые листья, бросил Кхаре в лицо.

– Не трогай их! Не трогай их! Не трогай их! – зашептали голоса.

В глотке Кхары заклокотала ненависть.

– Да как смеете вы! – яростно прорычала она. – Восставать против меня? Я забрала ваши жизни. Вы мои! И подчиняетесь мне!

– Не трогай! Не трогай! – вновь зашептали неведомые голоса. – Можешь мучить нас, но второй раз не убьешь. Не убьешь. Не убьешь. Мы и так давно мертвы.

Кинжал жуткой твари со свистом прорезал воздух, раз, другой. Верно, он доставлял боль неведомым существам, кем бы они ни были. Потому что в воздухе разлился тонкий плач, похожий на плач ребенка. Но ветер и не думал униматься. Напротив, он нарастал и с удвоенной силой набросился на Кхару, пытаясь сбить ее с ног.

– Спасайтесь, бегите, бегите! – прошелестели голоса над головами путников.

Мар передернул плечами.