Книга Иная Богемия, страница 177 – Юлия Макс

– Я пойду с тобой, очень хочу есть.

Алана Берсе она заметила, когда взяла канапе со стола и повернулась лицом к танцующим. Вейтус будто знали, во что облачаться. Их костюмы были чистого белого цвета, и маски тоже. В сочетании с неестественно бледной кожей выглядело это довольно жутко.

Кинских оглянулась, «белых костюмов» и «белых платьев» она насчитала около тридцати. Слишком много. Если захотят, они перебьют всех присутствующих в течение десятка минут.

Берсе остановился на противоположном конце зала возле столов, взял предложенный официантом бокал с шампанским и отсалютовал им, глядя прямо на Энн.

– Анета, покажи им, что не боишься. Страх не должен управлять тобой, – прозвучал в ухе спокойный голос Карла.

Губы Энн разъехались в фальшивой улыбке, и она подняла свой бокал в ответ, не прерывая дуэль взглядов. Глава вейтус двинулся в ее сторону, а Энн, мило улыбаясь, смотрела, как он приближается. В каждом его движении сквозили повадки наглого хищника в полном жертв загоне.

– Герр Шварц, представите мне свою ошеломительно прекрасную спутницу[63]?

У Берсе был мягкий бархатный голос, который не вязался с его отталкивающей внешностью. Маркус наклонил голову и обратился сначала к Энн, стараясь спасти этикет.

– Пани Кинских, познакомьтесь, это премьер-министр Швейцарии, господин Алан Берсе. Господин премьер-министр, перед вами пани Анета Кинских.

Вейтус первым протянул руку, снова нарушая этикет, и Энн, пересилив себя, вложила ладонь в его до мерзости влажно-холодные пальцы.

– Очень приятно. Могу я называть вас графиня Кинских? Позвольте пригласить вас на танец?

– Почту за честь.

Не отпуская ее руку, он медленно двинулся в центр, где в вальсе кружились пары.

– Вы красивы. Даже жаль, что не смогу обратить вас.

Берсе положил вторую руку ей на талию, и Энн вздрогнула, ощущая себя в стальных клещах, которые с силой сжимали ее руку и левый бок. Мужчина внимательно наблюдал за ее реакцией, а она не позволила себе и тени эмоций.

– Я смотрю, вы хорошо держитесь или не испытывали родственных чувств к своему дядюшке? Возможно, стоило начать с ваших родителей.

Кинских мило улыбнулась и, трансформировав ногти в когти, захваченные в плен рукой вейтус, вонзила их ему в кисть под таким углом, чтобы со стороны никому этого не было видно. Мужчина лишь выгнул бровь.

– Не будь здесь людей, я бы откусила вам голову, герр Берсе.

– О, дорогая графиня. А что вы скажете на это?

Берсе повернул ее в танцевальном па, и Энн увидела кого-то, очень похожего на Франтишка Кинских, в белом костюме и маске. Она рванулась из рук главы вейтус, но тот держал слишком крепко.

– Мы не договорили. – Из его голоса пропали сладость и бархат, оставив лишь удушающую силу.

– Это он? Вы обратили его?

– Да и да. Граф с его знаниями ценен для нас.

Энн до боли сжала челюсти, хотя хотела иного – кричать, выть, рычать.

– Чего вы хотите?

– Вот это уже правильный вопрос, моя дорогая Анета. Я хочу Богемию для моего вида!

– Почему Богемию? Почему вы ждали так долго? Вы могли начать со Швейцарии, например.

– О, это довольно просто. Испокон веков, это, – он кивнул на пол под ногами, – центральное место в Европе, откуда выходили иные существа. Это их колыбель. А для упырей Богемия пропитана силой нашего создателя, нашего демонического Бога – Аластера Роули. Поэтому здесь мы сильнее всего. Мы не ждали, графиня. Люди вынудили нас пойти на такие меры. Посмотрите на них! Они же паразиты: таяние ледников из-за глобального потепления, вымирание животных, войны, загрязнения. Земля имеет ограниченные ресурсы, а люди плодятся подобно тараканам. Население пересекло черту в семь миллиардов, и только мы можем это остановить.