Книга Иная Богемия, страница 78 – Юлия Макс

– Когда ты успел познакомиться с местными упырями?

– О, я не знаком с ними лично, – мотнул головой мистер Рот. – Сейчас мы проверяем одну из городских легенд.

– Славно, – поморщился Карл. – Солнце зашло, а вместо того, чтобы защищать город, мы занимаемся ерундой.

– Терпение, друг мой. Это ненадолго, – Вильгельм поднял воротник легкой куртки, будто ежась от ветра.

Карл знал, что это обман, ведь упыри не так остро реагировали на холод, в отличие от обычных людей. Скорее, это было удобной привычкой, чтобы не выделяться. Хотя они все равно выделялись: двое высоких мужчин в похожих одеждах, идущие на кладбище. Более заметные фигуры тяжело представить в такой час и в таком месте.

Погода мерзко насмехалась над ними. Мелкий дождь с ветром то накрапывал, то терялся среди черных закатных туч. Едва они вошли в ворота, как попали в царство могильного плюща, который захватил все пространство кладбища. Вечнозеленый, он душил кроны деревьев, стелился по земле и обнимал старые надгробия, а к новым только присматривался, протянув руки-побеги. Ветер подарил ему голос, и плющ тихо шипел на непрошеных гостей.

Карл смотрел на надгробные камни – где-то совсем разрушенные, и на года, полуистертые временем: 1656, 1815, 1906. Тонкий нюх уловил запах тлена, витавший в воздухе. Между деревьями мелькнул силуэт и пропал.

– Кажется, городские легенды не врут, – довольно заметил Вильгельм, и они двинулись к деревьям.

Порыв ветра, и перед ними возник полный мужчина в потертом грязном фраке и со странной шляпой на голове, похожей на котелок для супа. Его взгляд блуждал между Карлом и Вильгельмом, ни на ком конкретно не останавливаясь. Блеклые глаза, словно у протухшей рыбы, вперились в Карла:

– Как меня зовут?

– Эм, – Карл не знал, что ответить.

Мужчина подался вперед, заставляя Карла отшатнуться, чтобы избежать контакта.

– Как меня зовут? – снова спросил он.

– А как меня зовут? – вернул Карл тот же вопрос.

Незнакомец поскреб щеку длинными, молочного цвета ногтями и нахмурился. Потом быстро моргнул и потер шею.

– Как меня зовут? – уже не так напористо спросил мужчина.

– Подожди, я только сейчас додумался задавать тебе вопросы.

Мужчина, как бродячий пес, склонил голову набок, рассматривая Карла.

– Тебя зовут Марек, – ответил Вильгельм, показывая клыки.

Мужчина переступил с ноги на ногу, покачиваясь в такт одному ему известной мелодии.

– Точно! Я – Марек, – обрадовался он, безумно улыбаясь. – Чем обязан?

– Много вас здесь, Марек?

– Я и еще двое, а что?

– Нам нужна ваша помощь, Марек, – широко улыбаясь, ответил мистер Рот.

Анета Кинских

Энн взглянула на часы: восемь вечера. Она поняла, что ничего не ела, на целый день закопавшись в докторскую работу. Проведя около часа за приготовлением и поглощением едва поджаренного мясного стейка, Кинских все время держала возле себя телефон, зная, что Карл или его клыкастый друг могут позвонить в любой момент.

Она еще не до конца понимала, во что ввязалась, не знала, что должна чувствовать после превращения и убийства. Однако Энн страшно удивилась, что приняла факт: волк – это ее звериное «я». И если бы перевоплощаться не было настолько больно, она бы испытывала удовольствие от возможности побыть таким существом. Ей казалось ироничным, что род Кинских столько веков охотился на влколаков, а теперь смешал свою кровь с их. Любопытство от исследования собственных возможностей омрачала мысль, что в Праге подобных ей нет, в противном случае она бы, скорей всего, почуяла их как Кинских. В этом она была уверена: раз ей достался ген волка, значит, и способность охотников на них тоже. Она отбросила мысли, заставлявшие ее нервничать, и снова села за работу.