Книга Эпоха крови и пурпурных слез, страница 95 – Эдди Кан

– Я голод. Я месть. Я смерть, – протянул тэса. – Я могу примерить на себя лицо любого мертвеца, пусть даже он умер не от моей руки, ведь я прихожу оттуда, где бывают все покойники. Хочешь, я примерю твое лицо, мое будущее?

– П-пожалуйста… – пятясь, Мирэ перешла к последнему, что у нее осталось – мольбам. – Пожалуйста, не надо! – Она продолжила пятиться от девушки, не зная, как торговаться и что предложить в обмен на свою жизнь. Это был не аукцион, здесь предметом торгов выступали не вазы или холсты. – Почему вы меня преследуете?! – Мирэ почувствовала, что наступила на что-то мягкое. Она поняла, что это была человеческая кожа, поэтому нарочито подняла глаза к потолку, стараясь не смотреть вниз. Проигнорировав рвотный позыв, она продолжила семенить спиной вперед, прочь от обнаженной девушки. – Что я вам сделала? – придерживаясь за столы, чтобы не упасть, Мирэ напоролась пальцами на опрокинутый органайзер и бездумно стиснула в руках шариковую ручку.

– У каждого из нас есть свое предназначение, – промурлыкал тэса женским голосом.

– Но при чем здесь я? – пробормотала Мирэ.

– На тебе лежит вина. – Тэса подошел слишком близко, за спиной Мирэ возникла стена, и она уперлась в нее лопатками. Тупик.

– Оставьте меня в покое! – простонала Мирэ. – Пожалуйста! Я ничего не делала! Зачем было убивать всех этих людей?!

– Это голод, – протянул тэса женским голосом. – Но я не наелся… – Изо рта девушки выглянул змеиный язык, разрезав воздух перед лицом Мирэ со стрекочущим звуком. Страх и отвращение заставили ее задрожать всем телом. К щеке Мирэ прикоснулся шероховатый язык, описав линию скул, затем спустился к подбородку и поднялся к губам.

Мирэ до боли вжалась в стену и зажмурилась, но от тэса было не сбежать. Змей в облике девушки подступил еще ближе. Холодный язык твари продолжил скользить по губам Мирэ, и она поняла, что произойдет дальше, поэтому плотно стиснула зубы, но тэса резко вскинул руки и сдавил ее горло. Мирэ машинально всхлипнула от нехватки кислорода и в следующий миг почувствовала язык тэса у себя во рту.

Глаза инстинктивно раскрылись, и в уголках собрались слезы. Крик застрял где-то в горле. Мирэ увидела перед собой темно-карие глаза незнакомки, которые начали меняться и приобретать янтарный цвет, зрачок стал ромбовидным.

Собственное тело напомнило подтаявшую восковую свечу, разум быстро помутнел. Зачарованно глядя в глаза змея, Мирэ даже не чувствовала, что пасть твари меняется и зубы превращаются в клыки, прокусывая ее губы.

Тэса протяжно вздохнул, вытягивая из Мирэ остатки воздуха, и только это помогло ей вырваться из гипноза. Свистящий звук заставил вздрогнуть и ужаснуться происходящему. Мирэ догадалась, что тэса собирался изуродовать ее так же, как и охранника и всех остальных. В груди, помимо животного ужаса, застрекотала ярость. Ранее, пятясь от девушки, Мирэ неосознанно подхватила со стола шариковую ручку. Удачно, что она все еще оставалась у Вон.

Едва вырвавшись из-под гипноза, Мирэ крепко сжала ручку и замахнулась. Не глядя, она ударила вперед. На руку ей тут же брызнула ледяная кровь. Тэса испуганно хлопнул глазами, и зрачки приняли обычный вид, язык змея выскользнул изо рта Мирэ, оставляя после смертельного поцелуя дорожку крови на ее подбородке. Тэса в облике девушки отшатнулся назад. Мирэ увидела, что вогнала ручку прямо в живот незнакомки, чем шокировала не только ее, но и себя.