Книга Разлом, страница 191 – Рия Альв

Аин тихо скрипнула зубами. Ей ужасно хотелось выскочить из-за угла и высказать этим людям все, что она о них думает, не позволить им больше оскорблять ни ее, ни ее близких, но Аин сдержалась. Сказывались долгие годы практики.

Недрэ. Так действительно называли их расу, но ничего хорошего в этом названии не было. Оно означало «низший» и было приравнено к оскорблению. Уже два десятилетия называть так их расовую разновидность эльфов считалось дурным тоном, но в этом замке, видимо, придерживались противоположного мнения.

– Эльфы, пожалуйста, тетя, зовите их просто эльфами, – тяжело вздохнул ее собеседник.

– Да. Конечно. Понимаю. Одно произнесение этого слова уже оскорбительно, – высокомерный холодный тон, короткие, резкие фразы, словно бросить их было величайшим одолжением. Где-то Аин уже слышала подобную манеру говорить.

В ответ только тяжелый вздох. Кажется, собеседник Леди был и сам не рад этому разговору. Беззвучно усмехнувшись, Аин даже его пожалела. Не повезло же бедняге с тетушкой.

– Но мы ушли от темы, – продолжила женщина после недолгой паузы, голос ее вновь стал безэмоциональным. – Я все же думаю, что…

– Пожалуйста, только не снова, – отчего-то Аин была уверена, что невидимый собеседник сейчас возвел глаза к потолку, – о выселении их из замка не может быть и речи. Они люди Великого Лорда, и с ними избранный. Что про нас скажут, если узнают, что мы вышвырнули спасителя мира в таком состоянии?

Голос у мужчины был спокойный и тихий, мягко шелестящий, словно затяжной осенний дождь, но очень усталый. Аин даже предположила, что у него, должно быть, сильно истощена аура. Но предположение так и осталось предположением, ведь из-за странной негативной энергии, медленно поглощавшей пространство вокруг нее, Аин не могла точно считывать ментальные поля.

– Ты неверно меня понял. Я говорила не о выселении, а о переселении. Людей Лорда можно было бы поселить в комнатах для прислуги. К тому же Леди Уртика могла бы не растрачивать свое внимание на этого… эльфа, а сосредоточиться на избранном. Вот его я даже переселять не требую. Бедному мальчику сильно досталось, он должен отдохнуть, – к концу фразы голос женщины даже, казалось, несколько потеплел.

У Аин перехватило дыхание от возмущения. Дей, так значит, «бедный мальчик», и ему так «досталось», а на Анса можно наплевать? Ну уж нет! Аин почти уже рванулась навстречу к говорящим, но остановила себя мыслью о том, что Уртике никто не смеет приказывать, кого лечить, а кого нет, и Анса она без помощи не оставит.

– Им всем досталось, тетя, – шаги замерли, а мужской голос вдруг приобрел твердость и жесткость, – Рейнгард должен показать свое величие и гостеприимство. Не хотите видеть их – гуляйте в другой части замка. Не хотите есть с ними за одним столом – не ешьте. Они вполне довольны тем, что еду им приносят в комнаты. Они здесь ненадолго, и вы это вытерпите.

Слушая этот голос Аин все никак не могла понять, воспринимает ли говорящий их как равных себе или же относится как к неизбежному злу. Хотя по большому счету оно было и неважно. Важнее то, что сейчас он отстаивал их общие интересы.

– Я-то вытерплю! – снова зазвучали визгливые нотки, а тьма, смыкавшаяся все плотнее, колыхнулась, словно вода, в которую бросили камень. – А вот ты… я беспокоюсь о тебе. Я им не доверяю. Я чувствую, что случится что-то плохое! Ты же помнишь слова Линк? Она говорила про них, я уверена. – От высокомерия не осталось и следа, лишь волнение и страх. Даже несмотря на всю свою неприязнь к этой невидимой женщине, Аин не могла не признать, что она действительно волнуется за того, с кем говорит.