Книга Разлом, страница 194 – Рия Альв

Сначала Фрея подумала, что она просто послала зов Уртике и ее накрыло из-за отдачи. А потом Аин выругалась. Коротко, но с такой интонацией, что Фрея поняла – случилось что-то очень плохое. Ужасное.

– Марионетки, – пробормотала она одними губами.

– Что с ними? – Фрее пришлось тряхнуть Аин за плечи, иначе она бы так и продолжила смотреть перед собой стеклянным взглядом.

– Я двух не чувствую. Вообще. И оставшиеся… они… Бездна!

Аин снова выругалась и, резко отстранившись от Фреи, провела руками по воздуху, натягивая невидимые нити. Лицо ее в момент исказилось от боли, воздух наполнился едва уловимым звоном, словно кто-то, чуть касаясь, провел рукой по гитарным струнам.

– Они почувствовали мою слабость, – прошипела Аин сквозь зубы, – две вырвались, остальных я удержу. Мстительные твари.

Фрея наконец поняла, что случилось. Пальцы сами собой сжались на эфесе меча. Но оцепенение продлилось не дольше пары секунд. Стараясь не смотреть на крупные капли крови, стекающие по рукам Аин, Фрея кинулась вдоль по коридору.

Фрея кое-что знала про марионеток. Они вовсе не были мстительными. Они вообще не испытывали ни человеческих чувств, ни желаний. Но у них был инстинкт— всего один, зато невероятно сильный – защитить хозяина. Любой ценой. Любыми способами. От любой опасности. Они бы уничтожали все, что хоть как-то могло угрожать Ансу, если бы он их не сдерживал. Сейчас же самая большая угроза жизни их хозяина была очевидна. А главное – угроза эта никак не могла за себя постоять и… И, о Эрна, только бы успеть.

Но как быть быстрее тех, кто умеет ходить сквозь пространство? Фрея не знала, так что, стараясь бежать так быстро, как могла, спотыкаясь на поворотах, мысленно повторяла: «Дей, пожалуйста, продержись!»

Все начинается заново.

Небо наполняется воем. От него невозможно спрятаться, его невозможно не слышать, и стены домов содрогаются в страшном предчувствии. По асфальту ползут черные трещины. Силуэт черной башни на серовато-белесом фоне болезненно-тонкий. Небо продолжает выть неживым механическим голосом, разрываясь от боли. Нечто большое и черное разрывает его крыльями при каждом взмахе.

Я знаю, что будет дальше. Я знаю, что было дальше.

То, как зреет огонь внутри механической черной птицы, я чувствую телом. Чувствую, как внутри все тоже разрывает от жара. От боли, злости, отчаяния, скорби.

Я не хочу досматривать этот сон.

– Но это не сон, – говорят мне, я едва слышу слова за оглушительным воем.

Силуэт железной птицы замирает над башней. Город замирает в предсмертном молчании, лишь небо продолжает надрываться механическим скорбным плачем.

– Это то, что тебя ранило.

Раскаленное золото льется вниз, топя все вокруг в свете, жаре и боли.

– Это то, что меня убило.

Горло сводит удушающим спазмом. Небо затихает. Я растворяюсь, сливаясь с бесконечным светом.

Все начинается заново.

Сердце колотилось с безумной скоростью. Ступеньки все продолжали мелькать под ногами, а проклятая лестница казалась бесконечной. Поворот за поворотом, на бешеной скорости по спирали вверх. Фрея не помнила, чтобы когда-нибудь бегала так быстро. Не помнила она и как открыла дверь. Кажется, она с размаху вышибла ее ногой так, что та глухо ударилась о стену.

Оказавшись в комнате, Фрея замерла на пороге от силы на мгновенье, чтобы увидеть двух марионеток, нависающих над Деем, сдавливающих его горло черными руками. Там же был и роскатт, он яростно вцепился в одну из рук и что было сил оттягивал ее назад.