Книга Разлом, страница 92 – Рия Альв

– Я уже ничего не могу изменить. Действительно не могу, – говорила Витар. Или страх говорил сейчас ее голосом. – Но ты можешь. Можешь закончить Нумерованную планету до того, как я превращусь в еще один подбитый крейсер.

– Тогда я закончу академию раньше, чем ты. Экстерном. И завершу работу над планетой даже раньше, чем ты попадешь на поле боя, – не задумываясь пообещал Айвор.

– Любишь же ты словами разбрасываться, – усмехнулась Витар.

– Не веришь? – спросил Айвор немного обиженно.

– Не очень, – пожала плечами она, – но знаешь, я не требую от тебя невозможного. Так что строй свою планету столько, сколько будет нужно. Я дождусь. Обещаю.

Она улыбнулась. И от этой улыбки, и от ее обещания на душе у Айвора стало легче, ведь Витар действительно никогда не бросала слов на ветер.

Тогда – по ощущениям, столетия назад – ему казалось, что он действительно сможет выполнить обещание, так что Витар не придется выполнять свое.

Но Витар никогда не бросала слов на ветер. В отличие от него.

Окончить академию экстерном действительно оказалось несложно. Так что до того, как Витар попала на линию фронта, у Айвора было целых два года. Два года, которые он потратил практически впустую, составляя бесчисленные ряды магических формул, отметая их и создавая новые только затем, чтобы отмести и их тоже.

Айвор пытался разработать некий единый пульт управления планетой. Одно заклинание или артефакт, которое бы позволило управлять всеми процессами, следить за состоянием. Тогда, вживив его внутрь планеты, можно было бы перебираться на нее хоть завтра, а остальное закончить и отладить уже там, в мирной обстановке. Но ничего не выходило. Ничего не выходило, а время шло. Витар уже полгода как бросало по полям сражений, а он все еще не закончил Нумерованную планету. Не остановил войну.

Но каждый раз, разбитый очередной неудачей, Айвор находил в себе силы начать заново только потому, что думал о Витар, о Море, о Фолкоре. О Фрит. Хотя, по идее, думать он должен был только о Нумерованной планете, о ее нуждах и благах.

«Забыв про прошлое, посвяти всего себя будущему», – вот что всегда твердил ему отец. Ученые следовали этому принципу в полной мере. Они жили ради Нумерованной планеты. Сам же Айвор думал, что он тут единственный, кто любит что-то, кроме нее. По правде говоря, Нумерованную планету он почти ненавидел. Сложно проникнуться любовью к чему-то подобному, когда знаешь его суть.

Проект № 716 был разработан прадедушкой Айвора несколько столетий назад. На новую планету, которую так и прозвали Нумерованной, должны были переселиться все обитатели, ведь ресурсы их мира были истощены. Но потом вдруг оказалось, что места на всех не хватит. Так вспыхнула многовековая война – между теми народами, на которых места хватало, и теми, на которых нет. Конечно, в учебниках истории это преподносили не так. Там было что-то и про предательство со стороны тех, кто «не входил» на планету, и про их диверсии, и еще про что-то. Но по факту группка чиновников и ученых просто решила, кому жить, а кому умереть. И теперь Айвор должен был продолжить их дело.

Отец заверял, что каждый, кто умер на этой войне, переродится в новом мире вне зависимости от стороны. Каждое живое существо – это энергия. Именно энергия делает живое живым. И Айвор подсмотрел структуру заклинания, собирающего энергию. По сути, оно являло собой огромную перерабатывающую машину и одновременно аккумулятор. Часть энергии оно действительно отправляло на новую планету, где к ней подключались алгоритмы, добраться до которых Айвор уже не смог. Они должны были воссоздавать тело и вживлять в него энергию (не ученые назвали ее «душой») обратно.