Книга Биврёст, страница 46 – Ирина Итиль

Локи решительно закивала и быстрым шагом пересекла вестибюль. Пусть не думает, что она испугалась. Чего вообще бояться в полутемном пустом коридоре, в котором каждый звук раздается как оглушительный выстрел, а собственное сердце бу́хает как кузнечный молот? Где нет ни единого человека? Даже вентиляция работала в этот вечер особенно тихо, словно боясь быть обнаруженной. Украдкой вытерев вспотевшие ладони о штаны, Локи вслед за Гиафой вошла в палату шестьсот тридцать шесть. Бережно прикрыв дверь, она увидела доктора Ай, утыканную трубками и проводами. Искусственный глаз вынули, и глазницу закрыла марлевая повязка. Приборы показывали ровный слабый пульс, а капельница с успокоительным давно опустела.

Яркая вспышка заставила уродливые тени взбрыкнуть на стенах. Громыхнуло, и в окно брызнули первые капли дождя. Ресницы здорового глаза Ай дрогнули.

– Доктор Ай. – Каге сел на прикроватный стул. – Это я, Кагерасу. Мне нужно с вами поговорить.

– Мальчик мой, – прошептала Ай. Ее глаз увлажнился, а пульс на приборах участился. – Уходи отсюда, прошу.

– Где сестра? Вы знаете?

– Уходи, – застонала она, отворачиваясь.

– Пожалуйста, ответьте. Вы знаете, где она?

Ай захныкала, когда он попытался повысить голос. Каге схватил ее руку и ощутимо сжал, заставляя доктора вскрикнуть и дернуться.

– Хватит, – зашипела Локи, хватая Каге за плечо. – Не делай ей больно.

– Отвали, – огрызнулся Гиафа, пытаясь стряхнуть ее руку, но Локи впилась пальцами, заставляя его повернуться.

– Ты? – Ай приподнялась на кровати, схватила Локи за воротник рубашки, вглядываясь в лицо. – Моя бедная девочка, девочка-Балор, но так и не стала им. – Губы скривились, пальцы беспорядочно ощупывали лицо Ангейи. – Зачем ты пришла? Зачем ты укоряешь меня? Я не хотела, не хотела. Слышишь, дрянь? – разъярившись, Ай замахнулась для удара, но Каге перехватил ее руку и сжал. Ангейя вырвалась из хватки, в ужасе прижимая ладони к груди. Доброе и красивое лицо Ай исказилось безумием, животной злобой и гневом.

За окном полыхнуло так, что, казалось, это не гроза бушует, а выстрелила пушка. Дождь хлынул сплошным потоком, заливая комнату сквозь открытое окно.

– Кто такой Балор? – спросил Каге.

Локи осторожно отступила к окну, не в силах больше видеть красивое лицо доктора, искаженное сумасшествием. Выглянув, она едва слышно ахнула. Госпиталь оцепили военные, их винтовки поблескивали в свете уличных фонарей.

– Каге, нужно идти.

– Кто такой Балор? – с нажимом повторил Гиафа.

– Не могу! Не могу!.. Синяя тьма идет! – забилась в истерике доктор, вырывая щупальца капельниц.

– А кто может? Кто может сказать?

Этот вопрос отрезвил доктора. Рядом раздались выстрелы. Локи вздрогнула. Доктор Ай села и опустила на пол босые ноги. Слишком проворно для слабой на вид женщины она подскочила к Локи и, склонившись, горячо зашептала ей в лицо сквозь спутанные волосы:

– Смотри двумя глазами, смотри вверх. От корней до кроны. Пройди на север и вниз, от луны и до солнца и стань единым целым с собой. – Потом уже громко: – Дождь очистит.

Резво для своего состояния вскочила на подоконник, расцветающий узорами инея.

– Доктор Ай! – предостерегающе прорычал Каге.

– Мне очень жаль тебя. Жаль Рейвен. Жаль всех моих деток. Я хотела как лучше. Прости меня, сынок, прости…