Книга Биврёст, страница 48 – Ирина Итиль

– Я должен позвонить.

– Не думаю, что сейчас получится пройти, – покачала она головой.

– Вы что-то знаете? – У турса загорелись глаза. Он достал карандаш. – Можете прокомментировать?

– Какой ты сразу стал вежливый, – сузил глаза Гиафа. – Идем!

Он без дальнейших разговоров потащил Локи сквозь толпу. Надоедливый репортер вскоре отстал, потому что Каге, который взглядом заставлял людей расступиться, шел напролом.

Перед ограждением он окликнул ближайшего офицера СБ.

– Мне нужно позвонить.

– Здесь оцеплено, дети. Уйдите за ограждение, – сказал мужчина, устало протирая рукой слезящиеся глаза.

– Это займет три минуты, – упрямо заладил Гиафа.

– Дети, не мешайтесь, – офицер схватил Каге за локоть и, откинув ленту, вытолкнул подальше.

– Сама пойдешь? – Офицер сердито сплюнул. Локи кивнула и пролезла под лентой, решив, что возражать сейчас – последнее дело.

– Вы не понимаете! Это очень важно! – Кагерасу пошатнулся, хватаясь за поврежденные ребра.

– Твои раны…

– Неважно. – Он отмахнулся и в то же мгновение накренился от головокружения. Ангейя подхватила Гиафу под руку и помогла выбраться с площади. Мимо проехала новая стайка оглушительно визжащих сиренами машин. Включился репродуктор и попросил сохранять спокойствие и расходиться по домам.

Они свернули на юг и прошли по маленькой улочке, где дома плотно прилегали друг к другу, свернули на запад по извилистому проспекту и остановились только на мосту, под которым с грохотом проехал поздний трамвай. Каге затравленно озирался по сторонам и, хватаясь за ребра, почти бросился к поблескивающей в неярком свете фонарей таксофонной будке. Рывком распахнув дверь, он пошарил по карманам, выискивая мелочь, и вытащил две монетки. Набрав номер, бледнел на глазах, ожидая ответа.

– Алло. Слушаю. Дом Гиафа, – раздался сонный голос. Положив трубку на рычаг, он почти счастливо улыбнулся и медленно сполз по стене на воняющий мочой пол. Локи застыла, сжимая кулаки. Сначала она хотела заорать, что у нее обожжена нога кислотой чистильщика из Нифльхейма и поэтому бегать за всякими гиафами по темным улицам не намерена, но передумала, когда услышала его тихое бормотание: – Она пропустила свои процедуры. Глупая.

Устало вздохнув, Локи предложила вернуться в больницу.

– Нет. СБ весь район прочесывают. Нас туда не пустят. – Он встал, отряхнулся и протянул монетки. – Звони домой.

Похлопав себя по карманам, Ангейя вытащила визитную карточку Скай, бросила одну монетку, потянулась за второй и вдруг положила трубку на рычаг.

– Звони. – Каге поднял брови.

– Если вместо одинов у нас введут пуговичную валюту, позвоню, – буркнула девушка, показывая пуговицу. – И как нам теперь попасть домой? Я плохо ориентируюсь в Хеймдалле, а уж ночью и подавно.

Каге судорожно пошарил по карманам еще раз, отыскал пару ниток, проездной билет и скомканный клочок бумаги. Пнул от досады стенку будки. Трубка, соскочив и повиснув на проводе, жалобно заныла короткими гудками. У Локи в карманах ниток не оказалось, но был билет в оперу, которую они с дядей и Лайт-ас собрались посетить после выписки.

– Хель! – выругался Каге. – Попробуем дойти до отделения СБ.

– Ага, так тебе и дали позвонить.

– Знаешь, я вообще-то пытаюсь придумать выход!

– Знаешь, – передразнила Локи, распахивая дверь будки, – если бы не ты, мы бы не потерялись! Зачем надо было звонить и сразу вешать трубку?