Книга Поступь Хели, страница 175 – Ирина Итиль

– Ты много о себе возомнил, Хейм, – Скай ухмыльнулась. – Забыл, у меня всегда есть козырь?

– Ты просто тянешь время, Мать Ангейя. – Он попытался сделать шаг навстречу, но Гери зарычал и сомкнул зубы еще сильнее, не давая ему двигаться. – Хотя я оценил твою изобретательность с Варис. Бальдр и Варис никогда не закончат свою битву.

– А вот нам пора.

– Да. – Хейм снова вскинул руку, и Зик ожидал каких угодно чудовищ, но не это.

Утгард разверзся, и оттуда вышел высокий молодой светловолосый мужчина. Он был серым, почти прозрачным, и только глаза его были ярко-синими, но не глазами драугра, а глазами Матери Ангейи, цвета не холода, а летнего жаркого неба. Он не был человеком, это был дух – тень человека. Вокруг него расползался иней, свиваясь в причудливые узоры. Выглядел он дезориентированным, словно не понимал, что происходит. В его правой руке появилась рапира. Скай побледнела на глазах. Она отстраненно смотрела, как дух становится в фехтовальную стойку, словно во время тренировочного поединка. Она не отзывала волков, не собиралась атаковать, она просто стояла, раздавленная и уставшая. Зик впервые видел ее такой: старая женщина, слишком много пережившая на своем веку, слишком измученная бременем власти, слишком… человечная.

Сигурд снова закашлялся, и Мать Ангейя сочувственно взглянула на него, сбрасывая оцепенение. Затем тоже встала в фехтовальную стойку.

– Если ты думаешь, что это меня остановит, то ты полнейший идиот, Хейм. Мертвые – мертвы. А вот живым я еще помогу. Сынок, одолжи-ка духовник.

Зик с трудом понял, что обращаются к нему. Протянув меч, он, все еще сипя, уполз подальше, прижимая к животу вспыхнувшую болью руку. И в тот же миг все слилось в серию атак, контратак, каких-то финтов, визга, лязга, скрежета – настоящего искусства. Дух двигался не по своей воле, используя память тела, но иногда совершая нелепые промахи, которыми Скай не пользовалась. Она в основном защищалась, не собираясь ранить. Долго она так не продержится: она уже была ранена и измотана, а полуторный меч все-таки был не ее духовником. Несколько раз она опасно пропустила удар, получив длинную царапину на щеке и укол в плечо. Хейм с поднятым кулаком следил за боем одними глазами, и вдруг Зик понял, что может сделать. Битва с драконом дала ему понимание собственных сил и понимание духа.

«Жар, это наш шанс! Ты сможешь помочь?» – мысленно обратился он к нему. Феникс в его сознании заворочался очень отдаленно, очень глухо (все же меч был у Матери Ангейи), но он услышал.

Огненной вспышкой Жар сорвался с меча, удивив Скай, и вцепился Хейму в правую воздетую руку. Он бил огненными крыльями, царапался острыми когтями и, наконец, вонзил острые зубы прямо в запястье. Хейм потерял контроль, дух остановился, ошалело моргая и опуская рапиру. Скай перехватила меч и метнула его, как копье, Хейму в грудь. Волки исчезли и появились снова, навалившись всем весом на горящую руку. Дух оглянулся на Скай и присоединил рапиру к мечу. Гери укусил Хейма за плечо, а Фреки, увеличиваясь в размерах, отхватил Иргиафе правую руку.

Скай упала на колени, роняя меч. В ее глазах стояли слезы. Она протянула к духу руку и тут же уронила ее.

Дух взглянул на них, улыбнулся широко и ласково и исчез, оставляя после себя лишь иней. Хейм не шевелился. Холод расползался от откушенной руки, но грудь его еще медленно поднималась и опускалась. Скай через силу встала и, спотыкаясь, подошла, сжимая рапиру. Удар духа пришелся в сердце: Скай видела сквозь прорехи в одежде, что он постепенно обращается в лед, будто Утгард взял верх над жизнью.