Книга Закон дитто, страница 105 – Анна Щучкина

Аниса Фуркаго пристально посмотрела на меня и по-птичьи склонила голову набок.

Белоснежное платье зашуршало, когда императрица сошла с трона. Она не обращала никакого внимания на Кристен, несколько мгновений назад закончившую доклад. Не удостоила и взглядом принца.

Императрица остановилась передо мной. И, улыбнувшись, потрепала меня по щеке.

– Какой милашка, – протянула она. – Из какого ты дома?

– Мораладье.

– А! Верные служители моего мужа, – с насмешкой сказала императрица, сразу потеряв ко мне интерес.

Я застыл, чувствуя, как напряглись мускулы на лице, и густо покраснел. Горячим залило щеки, уши. Юноши звонко рассмеялись.

Кристен прикусила губу и посмотрела вниз.

– Стражей представить к награде. Тебя же… – Аниса Фуркаго смерила принца взглядом. – Соглашения ты не привез. Неизвестно, что стало с главой, и почти весь отряд твой погиб. И к тому же… – на ее губах зазмеилась усмешка, – ты убил зеленого дракона.

– Ваше Величество, я воздал почести Эарту и глубоко скорблю.

– Императора известят о твоем проступке, Винсент. Вряд ли он будет доволен. Тебя еще не назвали наследным принцем. Такая вопиющая оплошность!

– Позвольте, Ваше Величество, – подала голос Кристен. – Это была засада. Они схватили принца и…

– Молчать! – завизжала императрица. Кристен поджала губы. – Давьел!

Из тени за колонной шагнул высокий мужчина с густо подведенными черным глазами. Его зеленое одеяние пересекали на груди извивающиеся лианы из чешуи дракона.

Дитто зеленого дракона.

– Давьел, осыпь таффруками доблестных стражей, подавивших отряд Сопротивления. Принца сопроводить в покои и оставить на три дня для молитвенных возношений. Он желает усилить бдение. Выдайте ему зеленые одеяния и монашеский пояс.

– Да, Ваше Величество. – Давьел поклонился.

Мне стало не по себе. Кристен бросала на меня едва заметные вопрошающие взгляды, но чутье подсказывало, что это не та сцена, на которой есть место посторонним.

Перед глазами возникла похожая картина – с принцем Рейном. Даже спустя много лет я помнил, как погибали драконы, как кричал принц и как «императрица» над этим хохотала.

Это существо обожало публично позорить тех, кто осмелился переступить ему дорогу. Но чем императрице не угодил собственный сын, который чудом остался жив?

Мы нашли принца без сознания в пещере, пол которой был щедро залит кровью. Все ценные вещи у Винсента Фуркаго отобрали, даже одежду, оставив в одном белье.

Юноша произвел на меня положительное впечатление. Предельно вежлив, хорош собой, прекрасные манеры. В его облике было нечто неуловимо знакомое. Я силился понять, что это, Кристен тихо поделилась, что и ей кажется, будто принц кого-то напоминает. С другой стороны, портреты императора висели в каждой провинции, и они могли хорошо отпечататься у меня и командира в сознании. А на императора, если не считать рогов, Винсент Фуркаго походил сильно. Стоило один раз взглянуть на них, чтобы увидеть родственную связь.

Принц очень обрадовался, когда узнал, что Аджит жив. А потом так же сильно расстроился. В общем, несмотря на вежливость и манеры, вел он себя слегка странновато.

И чем ближе мы подбирались к Аргтауну, тем более ожесточенным и безрадостным становилось его лицо.

Теперь я понимал почему. Самозванка была жестока не только к народу, которым правила, но и к собственному сыну. Не прощала ошибок, не терпела дерзости.