Книга Закон дитто, страница 126 – Анна Щучкина

– Кер а лас, сат а роз али э над?

– Принцесса, в вашей стране такое не принято? – Эйри поравнялась со мной, и ее слегка насмешливый голос вызвал во мне такое же легкое раздражение.

– Об этом хотя бы предупреждают.

Эйри весело передала то, что я сказала, он расхохотался, а та повернулась ко мне:

– Что ж, предупреждаю: чужие губы еще не раз коснутся вашей нежной руки.

Меня передернуло. Ну что за дешевые разговорчики, как в паршивой любовной пьеске…

– Корри Шорр, кето кани Аниса, – раздался голос с конца стола.

Это говорил темноволосый мужчина, аккуратно одетый, в рубашке и темном камзоле, отсвечивающем золотой вышивкой. Его руки, сцепленные в замок, покоились на столе. Когда он поднял ладонь, указывая на свободное место напротив него, на одном из пальцев кроваво-красным блеснул крупный рубин на кольце.

– Те, а лас. – Герцог кивнул и отодвинул стул, приглашая меня сесть.

Я с готовностью села, подобрав складки длинного платья. Обувь немного натерла мне большие пальцы, но это неудивительно. Я всегда с особой тщательностью подходила к выбору туфель, моя нестандартная стопа побывала не у одного ортопеда… Однако чувствовалось, что это тоже добавило каплю раздражения в чашу моего терпения. И я сразу решила проявить активность – надо поскорее покончить с этим.

– Эйри сказала, что я должна вам помочь? Скажите, что от меня требуется.

– Значит, она ввела вас в курс дела? Хорошо, – ответил тот мужчина на чистом русском, абсолютно без акцента. Я с интересом посмотрела на него. – Принцесса Аниса, я не представился должным образом, прошу простить мою неучтивость. – Он встал и тоже мне поклонился, показав, насколько высок. Очень высок. – Я Костераль Дэниел Фуркаго, правитель Сожженных земель и брат нынешнего императора Астраэля Фуркаго. И вы должны помочь нам свергнуть его.

945 год правления Астраэля Фуркаго.

Третий месяц после сезона дождей.

Дворец Алого заката

Винсент

Муха лениво пролетела прямо под моим носом, заметалась резкими хаотичными кругами и, жужжа, полетела вперед синей мерцающей точкой. Я проводил ее взглядом, не смея пошевелиться. Заунывный голос послушника заканчивал песнь на древнем таррванийском наречии. Мерно разносящийся звук гонга поддерживал такт возносящегося прошения.

Синяя мерцающая точка села на связанную тушу прекорра, прямо на дрожащее ухо, и поползла вниз. Ухо дернулось. Точка взлетела и вновь села уже у самой складки нежного века. Раздвоенный зрачок, черный, как самая темная ночь, отразил голубое свечение, а потом ухнул вниз жертвенный нож, и животное, засипев, рванулось, но тщетно – несколько послушников стояли наготове, крепко держа связанные ноги и жирное пушистое тело, а Высший драконий жрец уже подставил сосуд для крови.

Я подавил зевок.

– Винсент, сосредоточься, – раздался слева вкрадчивый шепот императрицы.

– Ваше Императорское Величество, ваш сын чтит традиции и внимательно наблюдает за Священным прошением, – учтиво ответил я по всем правилам дворцового этикета. Голос ровный, никакого раздражения или страха.

Драконьи потроха, стоит последить за мимикой.

Стоявший позади меня Тан издал совсем тихий смешок. Неслышный для императрицы, но слышный моему острому уху.