Книга Закон дитто, страница 59 – Анна Щучкина

– Прошу прощения за мою невнимательность, – пробормотал я, откладывая в сторону блокнот и карандаш.

– Как твой командир я, конечно, осуждаю, как друг – тревожусь. Скажи, не чувствуешь ли ты, что… заточение изменило тебя?

Воспоминания о пытках мелькнули перед глазами и сразу пропали.

– Нет, командир.

– Я видел, как ты вздрагиваешь во сне, когда мы остаемся в замкнутом пространстве.

Я почесал голову и просто ответил:

– Может, тело так и реагирует неосознанно, но два года заточений не смогли сломать мой рассудок. Я все так же тверд в служении. Вам ли не знать.

Эйд положил ладони на колени, тыльной стороной вверх, словно что-то взвешивая. Он нахмурился и произнес:

– А как насчет Асиры?

Я замялся, подловленный. Не думал, что он решит так прямо спросить.

– С ней… никаких проблем, – весело отозвался я.

Эйд бросил на меня скептический взгляд. Упс, кажется, переборщил с весельем.

– И ты уверен, что душевный лекарь тебе не нужен?

Я с раздражением хлопнул по деревянному полу и воскликнул:

– Эйд, у меня все под контролем!

– Да-да, – спокойно отозвался Эйд, но в его глазах мелькнуло веселье. – Вот поэтому тебе и нужен отдых. Весь путь мой взгляд был прикован к тебе, страж. И я вижу, что тело восстанавливается быстро. А вот душа и твой разум… – Он постучал указательным пальцем по моему лбу. Я недоуменно заморгал, невольно запрокидывая голову, отстраняясь от него. – Надтреснуты. Какая мне польза от стража, на которого чуть надавишь, и он сломается?

– Лучше бы о Каро побеспокоились, – проворчал я.

– Он справляется лучше тебя, – спокойно парировал Эйд.

На корабле Каро вовсю тренировался с утра до вечера, не давая обмякнуть мышцам. Физическая боль взамен на душевную – это вот так он справлялся?

– Вы в любом случае пройдете обследование. И это не обсуждается.

Эйд поднялся и похлопал себя по черным штанам, оправил белую рубашку.

– А как же вы, командир? – тихо спросил я. В Крепости его явно ждал холодный прием. И в первую очередь попадет ему, а не нам.

– Ты верно заметил, – усмехнулся Эйд, – я командир. Так что не забивай голову тем, о чем положено думать. Отдыхай.

Северную крепость сложно не заметить. Так же как и Бастария, она стоит на берегу, вознося четыре башни вверх. Северной ее назвали еще в те времена, когда не существовало Последнего предела, где ныне располагается Совет – верхушка ордена стражей. И если в Бастарии проходили обучение кадеты, так называемая низшая ступень, то в Северной крепости разрабатывалось оружие, проводились опыты. На несколько этажей вниз тянулось подземное хранилище с материалами.

Утром, через полторы недели, мы причалили к пирсу и, поблагодарив Эарта за спокойный путь хвалой, а капитана – звонкой монетой, побрели к воротам. Тирунгские горы высились с правой стороны, далекие, почти невидимые обычному глазу. Перед ними рос густой лес. Но я знал, что в нем скрываются владения дома Азалиэс, к которому принадлежали Кристен и Иниго.

Сердце кольнуло. Принадлежал. Кажется, именно об этом и говорил Эйд: тело не болит, но разум надтреснут, впуская любые тревоги и волнения через узкую щель.

Во дворе двое стражей крепили сумки на лошадей. За угол завернул белый кот, фыркнувший на Каро, случайно пнувшего его, – тот бросился под ноги, как раз когда мы прошли под решеткой.