Книга Право на дом, страница 15 – Анна Щучкина

– Срочное донесение! – Страж низко поклонился, ожидая ответа.

– Докладывай, – произнес Дан, поджав губы.

– Бастария шлет весть – завеса смога и тумана развеялась над Сожженными землями.

Я проследил за реакцией капитана Кристен. Ее и без того узкие глаза еще больше сузились, а на лбу пролегла складка.

Она что-то знает об этом, вдруг понял я. Знает, но не скажет ни слова.

Как мне известно, завеса опустилась на Сожженные земли через несколько лет после Кровавого утра, навсегда оставив без солнечного света проклятую провинцию. Богодракон лишил своего благословения бастарда, а вместе с ним и всех существ, проживающих на островной Таррвании.

Лицо императора потемнело. Еле сдерживаемая ярость зажглась в его глазах. И я почувствовал это – то же пламя терзало мою душу.

– Они здесь, – медленно произнес он. – Они здесь… и принесли беды на наши земли.

Что-то страшное заключалось в этих словах. Отец произнес их… с силой.

– Ваше величество, кто? – тихо спросил советник Тан.

– Близнецы.

Никто, включая меня, не смог сдержать удивленный возглас.

Предатель Александр жив и пришел вершить месть.

* * *

После этого в зале совета почти все время царило напряженное молчание. Вариус, командующий сухопутной армией, доложил о возросшей активности некромантов. Принцесса Дагадар неожиданно предложила помощь – она и ее отряд наездников. Император дал дозволение, однако предстояло решить еще один вопрос.

Люди устали. Войны, отупляющая жара, сбежавшая императрица…

Даже я, неопытный в политике, но отчасти понимающий чувства простого народа, осознавал, что одними казнями их не приструнить. Чем строже законы, тем больше волнения.

Им нужен символ. Им нужна надежда.

– У нас уже есть дитто, – медленно произнес император. По коже вновь пробежали мурашки. – Винсент, на рассвете ты свяжешь себя узами брака с Дагадар и дашь народу новую надежду.

Я покорно кивнул. Впервые на сегодняшнем собрании отец обратился ко мне лично.

– Но, мой император, как принц докажет, что он – настоящий дитто белого дракона? – спросил Густаво. – Драконов нет. Они не вернулись, и именно поэтому народ не верит вам. Источник принца пуст – он не сможет явить силу.

В глазах отца полыхнул огонь. Я готов был поклясться, что они на мгновение стали янтарно-желтыми!

– Белый дракон есть. Именно поэтому я один отправился за принцессой Анисой.

Дагадар до боли сжала мою руку. Принцесса… дрожала. Я бросил на нее быстрый взгляд. Она явно не контролировала себя – в глазах поселился странный блеск. Лихорадочный.

Что с ней?

– Объявите, что император готовит обращение. Все свободны.

Отец поднял руку, распуская собрание.

– Винсент, останься.

Я повернулся к принцессе и мягко поднес ее ладонь к губам. Холодная, очень холодная кожа. Дагадар лишь секунду помедлила, прежде чем склонить голову. А затем отняла руку и, держа спину неестественно прямо, вышла в сопровождении своих служанок.

Все это очень странно.

Аджит и Тан бросили на меня сочувствующие взгляды, но последовали за остальными. Наконец, пропустив вперед стражу, Густаво тоже покинул зал.

Двери захлопнулись, и мы остались в полной хрупкого хрусталя тишине.

Отец медленно поднялся. С его лица постепенно исчезала суровая сосредоточенность, залегшие возле глаз тени таяли, а потом император и вовсе растянул губы в довольной улыбке.