Онлайн книга «Аутсайдер»
|
– Какое-то время спрашивала. – А потом? – спросил Конор, опасаясь, что уже знает ответ. – А потом, – сказала Кэтрин, – она его забыла. * * * Вскоре после этого откровения Кэтрин ушла, больше ничего не пояснив и отвергнув предложение Конора проводить ее домой, хотя он очень не хотел отпускать ее одну в таком тяжелом состоянии (и нетрезвом виде). Сейчас он уже жалел, что выпытал у Кэтрин тайну. Само собой, он не мог поделиться ею с Эмили. Узнать об этом она должна была не от него. Ведь ей будет очень больно. К тому же, когда Эмили спросила бы мать о брате, Кэтрин сразу догадалась бы, что посредником выступил именно он. Нет. Надо молчать. Очередной факт, о котором он не расскажет Эмили. На следующий вечер, когда они с Эмили смотрели документальный фильм о выборах 2016 года, Конор то и дело поглядывал на девушку, изучая ее лицо. Стереть из памяти такое важное событие казалось невозможным. И все же он не сомневался, что Кэтрин говорила искренне. Да и Эмили тоже вряд ли стала бы держать такую трагедию в секрете. – Что случилось? – спросила она, заметив, что он на нее смотрит. – У меня что-то не так с лицом? – Нет, все нормально, – ответил он, и они вернулись к просмотру предвыборных дебатов. Хотя из рассказа Кэтрин выходило, что они с мужем стремились защитить Эмили, было очевидно: им просто не хотелось говорить дочери правду. Иначе обоим пришлось бы жить с этим до конца своих дней, отвечая на вопросы о безвременно ушедшем малыше, переживая утрату снова и снова, спрашивая себя, не совершили ли они ошибку. Но в то же время они лишили Эмили права скорбеть. Знать об очень важном событии, произошедшем в ее жизни. – Ну что? – не выдержала Эмили, вновь поймав его взгляд. – Ты как Трамп, преследующий Хиллари на сцене. Того и гляди прыгнешь на меня сзади. – Я вспомнил твои недавние слова, – пояснил Конор. – Ты спросила, правда ли, что я не люблю говорить о своих чувствах из-за внезапной смерти отца. Выражение ее лица смягчилось. – Я только защищалась. Не слушай мою болтовню. – Мне просто интересно: а что твой психиатр говорит о том, как люди реагируют на тяжелые события, когда не могут их… осмыслить? Способен ли человек навсегда забыть горе, стерев его из памяти? Она закрыла ноутбук. – Как бы ни повлияла на тебя смерть отца, ты справился. Уверена, ты ничего не забыл. – Она сочувственно склонила голову. – Хочешь поговорить об этом? Конор совсем не рассчитывал стать предметом обсуждений. – Ты слышишь? Эмили была очень хрупкой. Она дважды побывала в центре лечения депрессии, и только электрический ток избавил ее мозг от страданий. Рано или поздно она неизбежно узнает, чем он занимается с ее матерью. И это ее уничтожит. Он вел себя не только неэтично, но и эгоистично. Был уверен, что все обойдется, потому что хотел сохранить обеих, закрывая глаза на ущерб, за который ему однажды придется ответить. Правильнее всего отпустить Эмили прямо сейчас. Позволить забыть о нем, пока все не зашло слишком далеко. – Наверное, тебе не стоит встречаться со мной, – сказал Конор. – Почему ты так говоришь? – Я тебя недостоин. Я… ущербный. Внезапно до него дошло, что Эмили описывала свою мать тем же эпитетом. – С чего ты взял? – изумилась она. Когда Конор промолчал, спросила: – Хочешь поговорить о папе? Он не мог раскрыть Эмили страшную правду о смерти своего отца: было бы слишком эгоистично обременять ее своим горем. Но она предлагала ему поделиться самым сокровенным, рассказать о том, чего он не забыл, но о чем лгал так долго, что почти поверил в свою историю, оправдывая себя тем, что никого не обманывает, а лишь немного искажает факты. Ведь он понимал, что никому не захочется узнать такое и застрять вместе с ним в этом черном лабиринте. Пусть верят в ту реальность, которую Конор создал, и не знают, как было на самом деле. Так будет лучше для всех. |