Книга Бессердечный рыцарь. Книга 2, страница 90 – Милена Янг

Даже сейчас – эти зеленые глаза были полны сияния, бесконечной любви.

– Я хотел убрать тебя с радаров. Спрятать, уберечь от уродливой части своей жизни, – он провел пальцами по своим темным волосам, растрепав их, как делал всегда, когда был в отчаянии. – Но когда узнал о твоих попытках суицида…

Это окрасило его мир в черный, погружая в слепую ярость и безумную панику.

– Прости меня, Огонек. Если бы я мог рассказать тебе до нашего брака, я сделал бы это в мгновение ока.

«Почему ты всегда так уверен во мне?»

«Просто потому, что знаю тебя. Вижу тебя, Огонек».

– Я вижутебя, – прервала его мягко Эви, прижимая ладонь мужчины к своей щеке. – Я принимаю тебя. Все части. Мрачные, полные ненависти. Или заботливые, нежные. Ту часть, которая пожертвовала собой, чтобы спасти человека, даже если он был врагом. Просто потому, что ты не смог пройти мимо невинного. Те, кого ты уничтожаешь, полны тьмы. И ты можешь лгать мне, утверждая, что монстр, но я знаю: ты не причиняешь вреда тем, кто того не заслуживает. Убеждаешься, что они виноваты достаточно тяжко, безвозвратно, чтобы ты выместил на них свой гнев. Разве я не права? И ты сдержал свое обещание. Для меня это самое важное.

Мужчина застыл. Она была единственной, кто замечал Дамиана Йохансена.

Даже когда он сам терялся в этой беспросветнойтемноте.

Она видела то, чего не знали другие. Его обостренное чувство справедливости, боль или человечность.

Для всего остального преступного мира Йохансен ассоциировался с чем-то по-настоящему страшным, жестоким. Безжалостным чудовищем, способным вмиг воткнуть им в спину топор и оставить истечь в собственной крови. Но не для нее.

Она видела Дамиана. Своего мужа. Отца своих детей, который бы пошел ради своей семьи на что угодно.

Эви должна была испытать страх и отвращение после его признания, но их не было.

«Тебе больше не придется сражаться в одиночку», – говорил мужчина ей когда-то.

– Тебе больше не придется сражаться в одиночку, Дамиан. Обещаю, – она обхватила лицо мужчины холодными ладонями, мягко поцеловала в щеку.

Он выдохнул, обнимая ее за талию своими большими руками, прижимая к себе, нуждаясь в теплоте, согреваясь.

– Я охренеть как люблю тебя, Огонек. Больше всего на свете.

Она смотрела на него так, словно видела впервые. С безграничным доверием.

Эви протянула руку, лаская его лицо. Каждую черточку.

Прямой, ровной нос. Шрам, пересекающий бровь. Ямочки на щеках. Линию твердой челюсти. Лоб. Проследила подушечками пальцев его полные губы.

Пока Дамиан затаил дыхание, позволяя ей проявить нежность.

Его грудная клетка поднималась и опускалась вниз, в лихорадочном ритме. Эви едва ощутимо провела пальцами по прикрытым векам, подбородку, шее.

– Если ты во тьме – то я буду рядом, держа тебя за руку, сражаясь с твоими призраками. Если ты ошибешься, я исправлю. Если будет трудно, помогу с этим справиться. Если будешь потерян, укажу путь. Ты никогда не будешь один. Я всегда буду на твоей стороне. Не мафии, полиции или кого-то еще. А именно на твоей. Потому что я доверяю тебе, – уверенные, твердые слова.

Ломая все стены, срывая маски, вырывая из него все настоящее. Болезненное, живое.

– Ты выбираешь злодея, Огонек? – спросил непроницаемым голосом Дамиан, зеленые глаза его сияли чем-то темным.

– Я выбираю моегозлодея.