Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 350 – Райнер Цительманн

Тот факт, что не все замыслы Гитлера были полностью реализованы за двенадцать лет его правления, можно объяснить рядом объективных и субъективных факторов. В первые годы своего правления Гитлеру приходилось в значительной степени считаться со своими консервативными союзниками по коалиции. Это особенно касается периода, предшествовавшего смерти Гинденбурга, но также и за его пределами. Ему не удалось подготовить новую революционную элиту во всех сферах общества, которая обеспечила бы реализацию его идей. Следует добавить еще одно обстоятельство: шесть из двенадцати лет правления Гитлера были периодом войны. Хотя война в некоторых случаях и способствовала реализации представлений Гитлера, например, в сфере экономической политики, но все же она помешала осуществлению многих идей, поскольку Гитлер именно во время войны ни в коем случае не хотел идти на риск конфликта с влиятельными социальными группами.

К этим объективным трудностям добавилась субъективная неспособность Гитлера эффективно претворять свои идеи в жизнь. Эта неспособность связана с одной странной чертой Гитлера, которую мы также можем наблюдать во внешней политике и в ведении военных действий. Гитлер часто видел только «крупные линии» и «мельчайшие детали». Например, в ведении военных действий он, с однойстороны, обладал хорошим чутьем в отношении стратегических соображений, а с другой стороны, он обстоятельным образом занимался такими деталями, как расположение зарядов взрывчатого вещества на акведуках[1862]. Однако ему часто не хватало понимания промежуточных звеньев, передающих представление о целом. Во внешней политике он, правда, например, установил свои крупные цели и определил двух желаемых союзников (Англию/Италию), но промежуточные шаги, именно которые обеспечили бы реализацию «великой идеи», в свое планирование он никогда не включал. Поэтому ему часто приходилось прибегать к импровизации, с которой он иногда справлялся мастерски, но подчас, однако, и в высшей степени по-дилетантски. Это относится и к сфере социальной политики. Гитлер, как мы показали, ставил большие цели, вполне логично обосновывал их в рамках своего мировоззрения, но вот способности к по-настоящему систематическойреализации этих замыслов в жизнь ему в значительной степени недоставало. И здесь тоже Гитлера опять же интересовали только долгосрочные цели и их мировоззренческое обоснование, с одной стороны, и самые мелкие детали — с другой. Если размещение экипажа круизного парохода, который он посетил, казалось ему антисоциальным или если до его слуха доходила информация о недостатках помещений для размещения работников имперских автобанов[1863], он старался исправить положение. Такого рода проблемы могли интенсивно занимать его внимание и даже годы спустя во время застольных бесед. Однако это имело мало общего с разработкой систематической концепции реализации его идей. В этом отношении Ганс Моммзен прав, когда он говорит — имея в виду внешнюю политику, — что Гитлер был «человеком импровизации, экспериментирования и внезапно возникающих замыслов»[1864]. С другой стороны, Гитлер выработал сложившееся, внутреннее непротиворечивое мировоззрение, он был «разработчиком программ» с аксиоматически фиксированными представлениями о целях. Как мы показали в настоящей работе, это относится не только к внешней и расовой политике Гитлера, но и к его представлениям о социальной, экономической и внутренней политике.