Книга Мистер Буги, или Хэлло, дорогая, страница 115 – Саша Хеллмейстер

– Привет.

Она отвернулась – не хватало еще напороться на отморозка среди ночи – и нетерпеливо посмотрела себе за плечо: ну что там Джина, остается с тем парнем у стойки или как?

– Ты не подскажешь… – Блондин за рулем вдруг показался растерянным и совсем не отморозком, и Кэндис удивленно посмотрела на него. – Это заведение работает или уже закрывается?

Кэндис вдруг стало интересно.

«Хорошенький, дьявол».

Она же обещала себе, что сегодня вернется домой одна. Невозможно каждую ночь кого-то подцеплять! Но, с другой стороны, это был совершенно особенный кто-то.

– Эта дыра работает двадцать четыре на семь, – улыбнулась Кэндис.

Блондин кивнул, паркуя «Плимут» – плавно и уверенно, в одно движение.

«Мужики бы лучше любовью занимались, как парковались».

Затем он убрал ключи из замка зажигания, запер тачку и пошел к бару. Походка у него была плавной, гибкой, невыразимо приятной. Возле Кэндис он остановился. Накрапывал промозглый осенний дождь; мужчина посмотрел на Кэндис очень внимательно, сверху вниз, глазами, полными странного обещания, – может, присоединишься ко мне, и тогда ты получишь что-то незабываемое, то, что так долго ищешь между кирпичных стен этого маленького города. А после, ничего не сказав, молча кивнул, будто в знак благодарности, улыбнулся и вошел в бар. Дверь за ним открылась-закрылась, красный неоновый свет упал на мокрый асфальт. Кэндис уже тогда знала, что снова туда вернется.

В общем, его звали Стэном. Неплохой был мужик этот Стэн. Он был прилично одет, не нахрюкивался за стойкой и заплатил за выпивку Кэндис. Насчет Джины Кэндис не беспокоилась: та вышла со своим новым парнем на вечер через заднюю дверь и сейчас здорово развлекалась. Кэндис осталась одна. Она пила «отвертку» – мешанину из водки с апельсиновым соком – и искоса смотрела, как этот мужик и не прикоснулся к своему хайболу. Он явно приехал сюда напиться, но передумал. Сел отдельно за столик, вдали от всех, и отвернулся к единственному узкому окошку, из которого падал неясный сизый свет с улицы.

Кэндис продолжила разговор со Стэном весьма тривиально. Подсела к нему: «Ничего, что так? Я тебе не помешаю? А то там, у стойки, какие-то типы…» Он такой: «Ничего, конечно. Что, нужна моя помощь?» А она: «Н-нет…», неуверенно так. И следом сразу: «А впрочем, могу я побыть здесь некоторое время? Ты все же решил тут остаться?»

И вот они разговорились. Он отпил свой лонг-дринк, раскашлялся, тревожно сказал, что не будет больше, если ей вправду нужно помочь, и заказал просто черный кофе. У Кэндис по спине приятно пробежали мурашки. Это был мужчина из вымирающего рода джентльменов и рыцарей, которые не станут допивать хайбол за десять девяносто девять, потому что берут на себя ответственность за незнакомку в короткой юбке, которую встретили в баре.

Спустя полчаса Кэндис и Стэн смеялись, только она – игриво, а он – печально. В его глазах было что-то такое… словно у него умер близкий человек, или сегодня его жизнь разрушили, или нечто в таком духе. Когда Кэндис мягко коснулась его запястья, он не отодвинул руку, но опустил взгляд. Они уже говорили задушевно.

– Ну что ты такой грустный, а?

За его спиной сидели безразличные люди; никто не обращал внимания даже друг на друга, и Кэндис показалось, что по-настоящему смотрит ей в глаза только Стэн, только он действительно видит ее, когда смотрит в упор. Это приятно взбудоражило. По плечам пробежали мурашки. Она положила руку на его запястье, и вдруг он сказал: