Книга Безмолвный Крик, страница 76 – Саша Хеллмейстер

– Она индеанка? – удивилась я.

Вик снова кивнул, вот только очень медленно, настороженно. Так, словно боялся, что, узнав об этом, я… что? Отвернусь? Скривлюсь? Стану его презирать за то, что он – красный?

– Это очень здорово, – поспешила сказать я и смутилась. – Нет, серьёзно… Я восхищаюсь вашей культурой. У индейцев потрясающее наследие. В вас есть какая-то потусторонняя мудрость.

– Это моё наследие, – невесело хмыкнул он. – Но легче не вспоминать о нём, чем жить с ним. Нет никакой потусторонней мудрости, Лесли, ради бога. Или ты из тех, кто в конце каждой моей фразы слышит к-крик орла над головой?

– Нет, – улыбнулась я. – Просто для меня нет ничего плохого в том, что ты коренной.

– Но в Скарборо так не считают и очень не любят т-тех, кто как-то не похож на остальных. Запомни это, п-пожалуйста, – вдруг сказал он серьёзно, – и постарайся больше никогда не встревать в такую ерунду со мной, как т-тогда.

Мне стало не по себе. Утренняя приятная прохлада показалась колючей и пробирающей до костей. Его просьба звучала ужасно: словно он так часто сталкивался с ненавистью, несправедливостью, тычками и толчками, что просил просто не встревать, не общаться и не получать пинка заодно с собой. От этого стало холодно и пусто.

– Но если все вот так отвернутся, что будет тогда? – тихо спросила я. – Что хорошего?

– Непростительно, когда за тебя вступаются себе на беду люди, которые в твоих проблемах н-ни при чём.

Его взгляд обрёл жёсткость, которой я не видела прежде, и она сделала взрослое смуглое лицо строгим. Я неверно записала его в несчастные жертвы и начала жалеть. Нужна ли ему эта жалость? Мне хотелось сказать ему это и извиниться, но слова сами застряли в горле. А когда я открыла рот, чтобы поблагодарить за это утро и сгладить разговор, за нашими спинами скрипнули половицы, и из-за угла дома вышла, кутаясь в свой тёплый светло-голубой халат, мама.

Судя по выражению её лица, она не была рада видеть нас вместе.

– Д-доброе утро, миссис К-клайд, – спокойно поздоровался Вик.

– Доброе, мистер Крейн, – ответила она и осмотрелась. – Я вижу, вы ещё не со всем закончили? А не забыли убрать листья с заднего дворика?

– Осталось только смести.

– А что насчёт деревьев?

– Сегодня не п-планировал. Думал начать на выходных.

– Но вы же понимаете, – заметила она, – что за это дополнительной платы не будет.

Вик был спокоен и невозмутим. Он смотрел на неё снизу вверх, так внимательно и так холодно, что на мгновение мне стало беспокойно. Что он подумал о ней? Что он подумал обо мне из-за неё?

– Конечно, миссис Клайд, это ясно, – ответил он как ни в чём не бывало и допил залпом свой кофе.

– Ну и чудно. – Но чудно не было. Её тоном можно было морозить заживо.

Мама замолчала, вскинув брови и улыбнувшись уголками губ, точно спрашивая: и что же вы, всё ещё прохлаждаетесь? Мне стало неловко.

Чтобы не ляпнуть чего лишнего, я крепко прикусила щёку изнутри и виновато смотрела, как Вик снова натянул шапку и капюшон на голову, а перчатки – на руки, точно запаковался обратно в свой кокон услужливой уборочной машины. Без единого слова, но с вежливой улыбкой, делающей из добродушного лица жёсткую маску, он поставил свою кружку на пустую тарелку и взялся за работу, легко сбежав на траву по ступенькам. Достал из сумки большой пакет для мусора, развернул его.