Книга Лют, страница 79 – Дженнифер Торн

Джемма роняет голову на грудь, Том плачет, и – нет, я ошиблась: они не привыкли. Даже если сценарий им известен, привыкнуть к такому невозможно.

Джемма вежливо убирает руку, разглаживает краешек дивана. Мэтью был прав: любой, кто не слеп и не глух, уловит этот момент. Мне пора, я должна уйти, позволить им горевать так, как нужно, вместе и без посторонних.

– Двери в нашем доме открыты, – говорю я, вставая.

Они тоже поднимаются, невероятнымусилием воли изображают улыбки.

– Если захотите побыть не одни, если вам что-нибудь понадобится – что угодно, – не стесняйтесь, приходите к нам.

– У вас сегодня ужин? – спрашивает Том, и Джемма, бросив на него косой взгляд, напрягается, как будто он проявил чудовищную грубость. Пока не знаю. – Уже произнеся эти слова, я понимаю всю их бессмысленность. Меньше всего сегодня кому-то нужны примерные планы. – Надо уточнить у Хью. Скорее всего, да, но в любом случае мы рассчитываем, что люди соберутся.

«Соберутся» не слишком подходящее слово. Сбегутся. Собьются в кучку. Укроются. Впрочем, я бы не назвала Олдер-хаус надежным убежищем. Эта иллюзия рассеялась раз и навсегда. Сейчас это кошмарное место, как и все остальные здесь.

– Спасибо, – отвечает Джемма. – Мы посмотрим, как у нас… Да, посмотрим.

Она придерживает передо мной дверь, Том машет на прощанье из гостиной, опираясь рукой на спинку дивана, точно его не держат ноги. Дверь закрывается, и я выдыхаю. Ухожу прочь мелкой семенящей походкой – дело сделано, однако руки у меня начинают трястись, зубы – стучать, а в июньский день вдруг врывается сибирский холод. Дело сделано, что дальше? Кто следующий?

Мэтью ждет меня на тропинке, глядя в северное небо. Когда я подхожу, он легко подстраивается под мой темп и идет в ногу со мной.

Не обязательно было меня ждать, – говорю я. – Я в порядке. – Обхватываю себя руками, чтобы скрыть дрожь. Он косится на меня, быстро отводит глаза. – Спасибо.

Он кивает.

Минуту-другую мы идем молча, потом я мысленно говорю себе: «Надеюсь, я справилась», – и, только когда Мэтью отвечает: «Я в вас не сомневался», – до меня доходит, что я произнесла это вслух.

Сзади раздается звук, похожий на цокот копыт.

– Лошадка, – бормочу я, оглядываясь. Мэтью с любопытством прищуривается.

– Я слышала стук конских копыт, – поясняю я. И слышу его до сих пор: цок-цок, цокцок– доносится с центральной улицы, которую мне не видно. – Слышите? На Люте ведь нет лошадей.

– Нет, – подтверждает он. Прислушивается, качает головой. Тишина. Звук стихает, и я растерянно хлопаю глазами. Мэтью продолжает наблюдать за мной. – Но это не значит, что слух вас обманул. В День «Д» остров немного чудит.

В окнах паба темно, однако дверь приоткрыта. Проходя мимо, я заглядываю внутрь. Пусто. На углу здания стоят нетронутые ящики с бочковымэлем.

– Посетители ушли раньше обычного? – интересуюсь я. Неудачная была идея, – отвечает Мэтью. – Они старались как могли, но…

– Слишком много воспоминаний, – высказываю догадку я. Он лишь чешет бороду. – Кажется, на этом острове осталось очень мало мест, не связанных с плохими воспоминаниями. – Мэтью молча шагает. Я ускоряюсь, чтобы его нагнать. – Значит, в прошлый раз это случилось тут? В пабе?

– Погибли трое. Трое подряд, всего за… – он задумывается, – час. Даже меньше.