Книга Танзания без тормозов, или Вынос мозга по-африкански. Записки путешественника, страница 37 – Елена Блосфильд

Африканцы здесь не пристают к мзунгу на каждом шагу, как в Дар-эс-Салааме и в других городах Танзании. По крайней мере, мне так показалось. И никто не кричит вслед: «Mzungu, mzungu! Give me maney!» Идешь по Каменному городу и не чувствуешь себя чужим в этой стране.

Эйфелева башня на крыше

О работорговле здесь уже мало что напоминает, но все достопримечательности связаны именно с ней. Набережная с пушками, гдемы ужинали барбекю из моллюсков и рыбы, – одна из достопримечательностей, известная как Сады Фородхани (переводится как «корабельный груз»). Здесь рабы ступали на занзибарскую землю перед продажей. А продавались рабы на площади Келеле (там есть и дом работорговца, вернее, руины его стен), а позже рынок рабов передвинули к англиканскому собору. С этим собором связана интересная история. Когда архитектор ненадолго уехал и не проследил за строительством собора, то колонны внутри поставили наоборот – низ вверху, а верх внизу, то есть перевернули их вверх тормашками. Когда архитектор увидел такое безобразие и рассердился, африканские строители сказали: «Акуна матата». Так колонны и остались стоять – наоборот, и вы можете в этом сами убедиться.

В Стоунтауне все индийское – сразу забываешь, в какой стране находишься, – извилистые улицы, темные переулки, причудливая архитектура, двери с узорами, по индийскому обычаю, снабженные снаружи металлическими шипами (чтобы защищаться от слонов).

Обратные билеты на паром нам смогли продать в эконом-класс, чему я очень обрадовалась: с палубы мне было проще пробраться в нужные места парома, если меня укачает, а путь туда же из vip-каюты был гораздо длиннее.

Итак, цены на паром: 35 долларов за любое место в салоне или на открытой палубе либо 40 долларов для людей, не страдающих клаустрофобией и морской болезнью, за удовольствие посидеть в зале с кондиционером и большим телевизором. На открытой палубе я быстро уснула, начал накрыпывать дождик, затем пекло солнце, моя морская болезнь на этот раз никого не потревожила. Я сделала вывод, в котором я убеждалась и позже, во время путешествий в другие страны, что морскую болезнь усугубляет кондиционер, в каюте или в такси – не важно.

В огромном Дар-эс-Салааме всегда найдется, что посмотреть между переездами. Но мы нашли и посмотрели только аптеку – купили таблетки для убийства малярии в организме, ведь мы едем в национальные парки, а таблетки для профилактики не защищают на 100 процентов. Лучше перестраховаться.

Утром автобус в Лушото отправился в 7 утра, загрузившись под завязку. Тормозов у него, видимо, не было, потому что в какой-то деревне в горах он сбил корову, принадлежащую маасай – это такое племя, живущее в районе границы Кении и Танзании. Акуна матата – и автобус поехал дальше, по серпантину в горы – Лушото находится на высоте 1500 м. Так что если вы будете в Танзании (да и вообще в Африке), перед покупкой билетов обязательно проверьте тормоза у автобуса.

По традиции, на остановках в окно просовывали воду, фрукты, самосы (пирожки) с луком и кукурузу – можно было сразу купить и съесть, не мешая сидящим впритык африканцам. Пустые бутылки и шкурки можно бросать прямо в окно или под ноги кому-нибудь. Рисковали те, у кого на коленях сидели чужие дети, плотно пообедавшие на предыдущей 15-минутной остановке, так как по горному серпантину взбираться было тяжко – не все желудки выдержали.