Книга Зачарованный грот, страница 9 – Алексей Николаевич Загуляев

— Алиса? — удивлённо выдавил из себя Артём.

Девочка будто очнулась, дёрнулась всем телом, развернулась и выбежала из флигеля в сени. На её плечо по тонкой руке успела вскарабкаться саламандра, блеснув отражением луны в больших чёрных зрачках.

Артём остался в полном замешательстве. Однако ясно понимал, что всё это происходит с ним не во сне, а в реальности. И от него сейчас же, сию же секунду требовались какие-то действия. Он заставил себя подняться с пола, обуть сапоги и броситься вслед за Алисой. Тратить время на остальную одежду возможности не осталось.

Дверь из сеней во двор оказалась распахнутой. Спотыкаясь и гремя опрокинутыми вёдрами, Артём побежал. Тело обожгла ночная прохлада, в нос ударил густой аромат цветущей в палисаднике сирени, сапоги скользили по мокрой от росы траве. Шагах в тридцати от себя он успел заметить силуэт девочки, стремительно удаляющийся в сторону леса. Он должен непременно догнать Алису прямо сейчас! Что-то в сложившейся ситуации сделалось чересчур странным и даже диким, так что ответы на все вопросы следовало найти не откладывая ни на минуту.

При лунном свете лес казался совсем другим. То, что Артём пытался запомнить, следуя за Потапом, при таком раскладе не имело значения. Он снова, как и за границей погоста, будто оказался в другом измерении. И чем дальше углублялся он в чащу, тем отчётливей убеждался в том, что если не догонит Алису, то самостоятельно пути назад посреди ночи найти не сможет. А если он заблудится, кто станет его искать? Арсений Михайлович? Да есть ли тому до него дело? Филиппыч? Тот вообще каким-то образом со всей этой историей связан, и что у него за роль — понять было пока нельзя. Поэтому глаза Артёма цеплялись за маленькую фигурку, мелькавшую впереди между деревьев. Она оставалась единственной гарантией того, что он сумеет вместе с ней вернуться назад. Однако расстояние между Алисой и Артёмом не сокращалось, девочка по-прежнему опережала его метров на пятьдесят.

Прошло уже минут двадцать в погоне. Раз пять Артём спотыкался и падал, но, к счастью, успевал не упускать из вида свою цель.

— Алиса! — наконец закричал он. — Стой! Стой, Алиса! Остановись! Меня послала за тобой мама.

На мгновенье девочка замерла. Это позволило сократить отставание метров на десять. Но, ничего не ответив, она снова продолжила убегать.

С ужасом Артём заметил, что луна стала прятаться за лёгкими облаками. Он посмотрел вверх и сквозь кроны сосен увидел, что совсем скоро луну закроет довольно плотная туча. И тогда он уже точно не сможет различить во тьме тёмно-зелёное платье Алисы. И это будет конец.

— Алиса! — из последних сил выдохнул он.

И в ту же секунду кромешная тьма окутала всю округу.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! — трижды чертыхнулся Артём.

Тяжело дыша, он согнулся и упёр руки в колени. Судорожные мысли, одна глупее другой, заметались у него в голове. Он разогнал их как неуместный хлам и уже спокойным шагом продолжил идти к той точке, где последний раз мелькнуло платье Алисы. Это был небольшой холм, поросший редким кустарником. Там девочка ещё раз остановилась и оглянулась на своего преследователя. Этот кадр чётко зафиксировался в памяти у Артёма.

После перехода с бега на шаг он стал остывать и теперь со всей силой ощутил, как ночной холод вгрызается в каждую клеточку его кожи. Сейчас лучше было бы остановиться на вершине холма, где воздух был ощутимо теплее. Дождаться утра, а там уже принимать какое-нибудь решение. Как далеко он смог отойти от деревни? Километра два с половиной, максимум три. Если утро выдастся солнечным, то он уж как-нибудь сориентируется, вернётся к Филиппычу, опишет ему ситуацию и потребует, в конце концов, объяснить, каким образом тот связан с Алисой, если рисует её портрет, а та, в свою очередь, приходит по ночам к нему в дом. Может, в этом флигеле она и коротала эти майские ночи? А на рассвете снова отправлялась на кладбище. Но если бы Филиппыч об этом знал, разве стал бы он предлагать поселиться во флигеле? Или за этим таилась какая-то скрытая цель? Да что за бред! В голову лезло не пойми что. Вспомнилось, как на пожелание Артёмом самому себе удачи Филиппыч промолвил «даже не сомневайся, обязательно улыбнётся». Вот и улыбнулась. Только не удача, а девочка на портрете. Нет, точно со всей этой деревней что-то не так.