Книга Она пробуждается, страница 44 – Джек Кетчам

Ксения улыбнулась им, но эта улыбка выглядела натянутой.

Следом за ней спустился Эдуардо, который нес еще один поднос. Разница между ними была очевидной. Эдуардо – низкорослый рыжеволосый португалец без малого тридцати лет – выглядел бодрым, невозмутимым и спокойным. Они с Ксенией когда-то жили вместе, в ту пору Эдуардо только исполнилось двадцать лет. О них судачил весь остров, но роман продлился недолго. Ксения была бойцом, иначе она просто не могла. Эдуардо – легкомысленным искателем удовольствий, беспечным, как морской бриз. Тем не менее они до сих пор оставались хорошими друзьями.

Эдуардо также поприветствовал их.

– Посиди с нами, – предложил Доджсон.

Эдуардо протиснулся мимо мужчины в мягкой кремовой ковбойской шляпе. Эта шляпа, возможно, стоила столько же, сколько вся одежда Доджсона.

– Сейчас! Подождите. Смотрите! – Он исчез в толпе.

Большой неопрятный француз, который, по словам Билли, приставал к ней прошлым вечером в баре «Рассвет», сидел с парой блондинок за одним из столиков во дворе. Потом толпа начала прибывать, и Доджсон потерял его из вида.

Ему показалось или этот человек действительно следил за ними?

Они ели и пили. Затем впервые за вечер музыка стихла, и Доджсон посмотрел на часы. Часы ночи. Пришло время шоу.

– Смотри, – сказал он Билли.

Сквозь окно они увидели, как луч прожектора упал на маленького коренастого и жилистого человечка, стоявшего на барной стойке. На нем была черная кружевная мантилья и красное платье с пайетками, а губы накрашены блестящей помадой. В каждой руке он держал по зажженной свече.

– О боже, – вздохнул Доджсон.

– Что?

– Смотрите, кто это!

Зазвучала, разумеется, «Не плачь по мне, Аргентина», и Эдуардо, похожий на испанскую портовую проститутку, или как ее может представить себе пьяный матрос, начал открывать рот под фонограмму. Он жутко переигрывал во время первой грустной части, но потом, когда включились ритмы в стиле евро-поп, сорвал с себя одежду, оставшись в одном трико и черных чулках и начал крутиться, изгибаться и танцевать, демонстрируя настоящий голливудский шик, а толпа посетителей отреагировала восторженными криками.

Доджсон знал, что, несмотря на отношения с Ксенией, Эдуардо был, по большому счету, неравнодушен к мужчинам, но такого спектакля не ожидал. Черт, оказывается, он умел танцевать.

– Так это?..

– Точно!

Билли, Дэнни и Мишель веселились, как детишки у витрины кондитерского магазина.

Когда песня закончилась, над кричащей и танцующей толпой в воздух вместо серпантина полетела туалетная бумага, и даже рок-звезда приподнял свои темные очки, с улыбкой наблюдая за происходящим. Мужчина в ковбойской шляпе снял свою шляпу, помахал ею и засвистел. Эдуардо раскланялся под бурные аплодисменты и взял розу из рук стоящего у его ног молодого человека. Он послал зрителям воздушный поцелуй, после чего свет погас и снова зазвучала музыка.

– Черт возьми, я обожаю этот город! – сказал Доджсон.

В доме напротив пожилая гречанка захлопнула окно на втором этаже. «Как-то поздновато она это сделала», – подумал Доджсон.

Ксения подошла к их столику, и они заказали напитки.

– Как вернусь, посижу с вами, – сказала она.

– Когда он это начал? – поинтересовался Доджсон.

– После того как уволили предыдущего танцора, – ответила она. – Но, черт возьми, он намного лучше, правда? Он же долбаный гений!