Книга Она пробуждается, страница 51 – Джек Кетчам

Но здесь они все наверстали.

Все вышло как нельзя удачно. И Линда, и Уилл смогли отправиться в путешествие без родителей, причем последние даже не знали, что они едут вместе. Хорошо, что Макреи и Сэндлеры не общались. Хорошо, что они терпеть друг друга не могли.

«Мы почти как Ромео и Джульетта, – думал Уилл, – но в этом есть свои преимущества».

Из-за шторма на пляж сходить не получилось, поэтому они отправились осматривать старый монастырь, и это было скучно.

Линда убила божью коровку.

Больше никаких интересных событий в тот день не произошло.

Не считая елки. Это было круто. Кто бы мог подумать, что в Греции есть елки?

Линда отломила веточку.

Она была большой и сильной девушкой. Спортивной.

Уиллу казалось, что ей просто нравится все ломать.

* * *

…он продолжал осыпать ее проклятиями. Проклинал день, когда на ней женился, ее хорошенькое овальное личико, яркие черные глаза, стройную фигуру, игривую улыбку. В душе она была деревенской девчонкой и всегда такой останется. А ему хотелось городскую. Еще лучше – туристку. Может, даже блондинку. Да, блондинку из Англии, Швеции или Калифорнии.

И теперь она, разумеется, забеременела. Через год снова забеременеет. Таковы эти деревенские девчонки. «Лет через пять или даже меньше, – думал он, – стройная красивая Дафна Мавродополус растолстеет – они все толстеют, – а ее глаза будут улыбаться уже не мне, а только нашим детям».

Через пять лет у нее вырастут усы.

«Никогда не видел туристок с усами», – подумал он.

Костас Мавродополус смотрел на свою восемнадцатилетнюю жену, которая протирала мокрой тряпкой столы в его прибрежной таверне. Наконец ему это надоело, и он злобно уставился на темное бурное море.

Сегодня из-за шторма туристов будет меньше обычного.

Ему самому было двадцать два года.

Он только что узнал, что вскоре станет отцом.

Пока его таверна не пользовалась спросом. Только в июле и в августе, когда все на Миконосе зарабатывали деньги, она приносила доход.

Его жена выглядела счастливой. Она пела за работой. Скоро она родит, и все женщины будут радоваться за нее. За деревенскую девчонку.

Два года он пытался заработать, но ничего не получалось.

На ум приходил только один способ утешиться. Сегодня после закрытия таверны, когда все стулья сложат у стены, а столы уберут, он отправится по барам, куда жена пойти за ним не сможет. Сегодня и много ночей, которые будут потом. Это ничем ему не поможет. Не разрешит его проблем. Но оно того стоит.

Он найдет себе туристку.

Вино Санторини

Среди тех, кто находился на острове Санторини, когда там произошло землетрясение, был Тасос Катсимбалис.

Кролик Тасос – промышленник, землевладелец, импортер и вор кроликов – приехал днем ранее, чтобы проконтролировать погрузку ящиков с вином Санторини стоимостью в 2,2 миллиона американских долларов, которые перевозило в Нью-Йорк греческое грузовое судно «Геракл». Из-за предстоящих пасхальных каникул рабочих не хватало, что привело к задержкам, и к утру, в четыре часа пятьдесят пять минут, когда случилось землетрясение, половину ящиков так и не погрузили.

Ящики уцелели.

Тасос – нет.

Он остановился в отеле, окна которого выходили на бухту. С террасы он видел далеко внизу стоявший на якоре «Геракл». В четыре пятьдесят пять Тасос, как и все на острове, спал, выпив накануне три бокала местной продукции. От вина Тасоса стало клонить в сон. Он читал перед сном книгу – «Золотую ветвь» сэра Джеймса Фрэзера. Она так и осталась лежать раскрытой у него на коленях, когда с верхнего этажа упал кусок бетонной плиты в четыре фута длиной и, перевернувшись, краем вонзился в грудь Тасоса, перерубив почти пополам, а затем рухнул вниз вместе с ним, когда часть спальни обрушилась со склона горы.