Книга Кто не спрятался…, страница 103 – Джек Кетчам

Он не знал, почему Билл пьет. Тот никогда не рассказывал. Но это не отражалось на его работе, и руки у него не тряслись, а значит, по мнению Ладлоу, обсуждать было нечего.

— Мы получили заказ из «Коулмана»?

— Сегодня утром. Он сзади. Хочешь сам его разобрать, или заняться мне?

— Сегодня у меня дела. Согласен снова остаться один?

— А то. Я смогу снова тебя ограбить.

— Давай. Ладно, увидимся позже. Часа в три.

— Не торопись. У меня все в порядке. Хочешь, чтобы я распаковал «Коулмана»?

— Да.

Ладлоу сел в машину и поехал через холмы, по волнистым фермерским угодьям, к темным густым соснам на Сидар-хилл-роуд.

Дом номер 118 был маленьким, как и его собственный, но здесь с двух сторон на расстоянии нескольких футов имелись соседи в тени чахлых деревьев, и все три жилища буквально излучали нежелание обитателей выкидывать вещи. У стены дома Даустов ржавела стиральная машина, рядом с матрасом и пружинной сеткой кровати у соседнего дома лежала груда покрышек, а на пне стоял старый V-образный восьмицилиндровый двигатель, будто выросший здесь.

Все три двора покрывали ползучие сорняки, словно изъеденный молью плащ.

Ладлоу поднялся по деревянным ступеням и нажал кнопку звонка. Немного подождал, затем постучал. Услышал, как женский голос зовет какого-то Уилли, вероятно, того самого У. Дауста из телефонного справочника.

Человек, появившийся за дверным экраном, был на добрый фут ниже Ладлоу, седой и лысеющий, полный, как и его сын. Ему было за пятьдесят, он носил очки в тонкой металлической оправе и был одет в брюки на подтяжках и чистую белую футболку. Если можно судить о человеке по его обуви, этот был неряшливым и консервативным. На ногах у него были старые черные туфли на шнурках, явно дешевые.

— Мистер Дауст? Я Эвери Ладлоу.

— Я знаю, кто вы такой, — ответил мужчина.

— Значит, вы говорили с мистером Маккормаком.

— Маккормак не станет говорить с безработным плотником. Его мальчик позвонил моему.

— Дэнни?

— Да, Дэнни.

— И?

— И что? Послушайте, Ладлоу, Пит говорит, они ездили в Плимут. Шатались по торговому центру, даже купили пару CD. Чертовски дорогихCD. Ни слова про дробовики или чью-то собаку.

— Может, они и ездили в Плимут. До или после. Мне это неизвестно. Но около четыре часов дня они были на Миллерс-бенд, и, когда не получили от меня денег, Дэнни Маккормак застрелил моего пса, а ваш сын стоял рядом с ним и смеялся.

Вид у мужчины был такой, будто ему не по себе, и Ладлоу подумал, что, возможно, Дауст представил, как Пит делает это. Смеется.

— Послушайте… — начал он.

За его спиной возникла женщина. Очевидно, все семейство страдало от лишнего веса, поскольку джинсы явно были ей малы, как и рубашка в поперечную сине-белую полоску. В руках женщина держала совок и щетку. Она погрозила Ладлоу щеткой, как учительница грозит карандашом нерадивому ученику.

— Мистер Ладлоу, я все слышала, — сказала она, — и хочу знать, что, по-вашему, вы делаете, заявляясь к нам подобным образом. Если у вас ссора с Маккормаками, с ними и разбирайтесь. Насколько я понимаю, даже если мальчики врут— а я этого не утверждаю, ни на секунду, — то вам нужен Дэнни Маккормак. Так почему бы вам не уйти и не оставить нас в покое?

— Мне жаль, но если вы слышали мои слова, мадам, то знаете, что ваш сын участвовал в попытке ограбления. И ему показалось забавным, что его друг застрелил моего питомца. Так с чего мне оставлять его в покое?