Книга Ожившие кошмары, страница 110 – Екатерина Андреева, Александр Матюхин, Олег Савощик, и др.

Григорий смотрел на своё отражение в оконном стекле и вдруг отчётливо услышал, как незнакомый старушечий голос шёпотом протянул: «Верни-ись».

Изба оказалась хорошая: срубленный лет эдак с пятьдесят назад ладный бревенчатый пятистенок. Он уверенно опирался мощными первыми венцами на фундамент и всем своим видом показывал, что до ветхости ему ещё ой как далеко. Банька оказалась под стать: крепкая, приземистая, с тёплым предбанником, где уже висело на стене штук пять свежих веников и лежала стопка чистых простыней.

Хозяйка этой красоты, Марфа Никитична, подбросив пару полешек в печь, уже растопленную в доме, принялась деловито показывать и рассказывать, где что лежит, откуда носить воду: центрального водоснабжения здесь не было. Её внучка Нюрка играла во дворе. Я ненадолго остановился, воспользовавшись тем, что Никитична озаботилась вопросом обеспечения полотенцами и убежала в избушку неподалеку, через огород — там они и жили с Нюркой, сдавая большой дом желающим провести время в деревенской тиши. Почти рядом текла спокойная речка, обещавшая рыбалку и купание, так что от постояльцев не было отбоя и летом.

Так вот, пока хозяйка дала послабление со своей организационной суетой, я блаженно выдохнул и окинул взглядом окрестности. Солнце ярко светило, а воздухе, вопреки ожиданиям южан, пощипывал морозной остротой. Сугробы блестели, ёлки за околицей стояли припудренные инеем, в небо тянулись вырастающие из засыпанных снегом крыш серые ленты дыма.

Взгляд мой от созерцания округи опустился к играющей Нюрке. Та возилась с тряпичной куклой: катала её на маленьких санках. Видимо почувствовав внимание, она посмотрела в мою сторону. Глаза у меня вдруг заслезились, непроизвольно прищурились: облик девочки поплыл, сверкая бликами, словно я прямо глянул на солнце или мелкая проказница пустила в меня его отблеск осколком зеркала. Я напряжённо заморгал, но тут нечто тёмное надвинулось, перекрыв слепящее сияние и в руки ткнулся ворох чего-то на ощупь ворсистого, застывшего жестковатыми листами. Когда перед глазами разъяснилось, стало понятно: Никитична вернулась с охапкой пахнущих морозом полотенец.

— На вот, подсоби. В избе на верёвочку повесь — дойдут у печки, а то после стирки на дворе вымерзали, — сказала она, всучив мне принесенное. Смотрела в этот момент как-то пристально, будто встревожено. Слегка озадаченный я отправился выполнять поручение. Попутно ещё раз глянулна Нюрку: да вроде ничего блескучего: так, сидит худенькая девчонка, с игрушкой возится.

«Похоже от наста засвет поймал, вот и показалось», — объяснил я себе. Когда опять вышел во двор, девочки там уже не было, а Никитична громыхала чём-то в бане. Я пожал плечами и пошёл дальше осваиваться.

А занесло меня в это удалённое от цивилизации место по следующей причине: решили мы с друзьями Новый год небольшой компанией встретить без городской суеты, всех этих криков и взрывов на улице. Громкого и активного общения с людьми нам всем хватало на работе. Порешали взять несколько дней в счёт отпуска и укатить в одну деревню — Серёга где-то адрес нарыл: дом, баня, лес. Можно и на лыжах пробежаться, и горка с санками наверняка найдётся. Даже с удочкой посидеть есть где над лункой. Красота! Ну а чтоб не суетиться бестолково всей этой толпой привыкших самостоятельно принимать решения людей, я решил заехать на денёк пораньше: разведать что? как? подготовить всё. Решил и рванул прямо с раннего утра на своей старенькой, но не подводившей зимой Хонде. К обеду приехал и всё закрутилось.