Книга Капкан чувств для миллиардера, страница 114 – Марта Заозерная

— Мои родители всю свою жизнь посвящали тому, чтобы меня счастливой сделать, — вспоминая их сейчас, намеренно больно себе делаю. Надо очнуться. — Жить страдая, значит предать их память! Я понимаю тебя прекрасно. Стелла — твоя дочка. Самый родной и любимый человек. Это нормально. Я для своих такой же была, — ком в горле разрастается. — Но я не должна собой, своей психикой жертвовать, чтобы всем угодить. Заставлять тебя делать выбор — это ничтожно. Для любого родителя дети — самое главное, — несмотря на душащий страх, стараюсь говорить спокойно, не выдавая отчаяния.

Выбор есть. И он сделан.

Тимур

Дверь моего кабинета распахивается и со звоном бьётся о стену. Уже интересно. Я был готов к тому, что Эмма взбрыкнет, но недооценил степень взрывной волны. От этого лишь интереснее.

Продолжаю сидеть, как сидел, взглядом к документу, лежащему передо мной, приклеившись.

— Ты… — на неё не смотрю, но уверен: сейчас она тычет в меня своим тоненьким указательным пальцем, закипая от злости. — Ты негодяй, самый что есть беспринципный, — заявляет решительно.

Вскидываю голову и взглядом в неё впиваюсь. До чего же хороша. Разъярённая амурская тигрица. Удосужился всё-таки с её спортивной биографией ознакомиться. Было много свободного времени за те две недели, что мы не виделись.

— Ты о чем? — спрашиваю, удивленно брови приподнимая. Улыбку тяжело подавить. Могу представить, сколько Эмме сил понадобилось, чтобы прийти сюда.

— Меня, — делает несколько стремительных шагов в мою сторону. — Из-за тебя, — ещё парочку. — Из самолёта под руки вывели, — подойдя вплотную, двумя ладонями бьёт меня в плечи, да так сильно, что я на стуле к стене отъезжаю. Надо найти силы в себе не расхохотаться. — Как какую-то… Мошенницу, — от негодования Эмма жмурится, сжимая ладони в кулаки. Буквально дрожит от злости.

— Не понимаю, о чем ты, — стараясь казаться беспечным, продолжаю её выводить из себя.

Не могу отказать себе в удовольствии. Слишком соскучился. А ещё, как оказалось, мне нравится, когда Эм свои зубки показывает. Открытие произошло, когда она разрывала меня на кусочки, сообщая, что с Олей в Китай полетит. Учеба, плюс стажировка. Как же. Полетит голубка.

— Тимур, у тебя совесть есть? — вскидывает брови и смотри на меня выжидающе.

Откуда?

— Какой же ты еще ребёнок, — поднимаюсь на ноги и иду дверь в кабинет закрывать. Эм так торопилась мне взбучку устроить, что совсем позабыла о том, что сама же не любит прилюдные сцены. Уверен, моя секретарь уже уши прочистила и каждый звук ловит. Кстати, о ней. — Лиза, два кофе, пожалуйста. — Правильно имя ведь вспомнил?

Девушка кивает и глазками хлопает. Часто — часто. Будем считать: поняла меня.

— Шёл бы ты со своим кофе… Далеко — далеко, — Эмма скрещивает руки на груди. Выглядит враждебно настроенной.

Куда делась маленькая девочка зачарованная, что дышала в моем присутствии черезраз?

— В принципе, можно. Поедем ко мне? Покажу тебе квартиру новую, — делаю несколько шагов в сторону зоны отдыха, опускаюсь на светлый диван и жестом приглашаю Эмму рядом присесть.

Вижу её перед собой, и нервное напряжение попускает. Проблемы улажены, хвосты все подчищены, но никогда нельзя быть уверенным, что не всплывет какой-то новый ублюдок или кто-то из старых. Разборки вышли слишком глобальными. Отчасти поэтому я разрешил Эмме уехать от меня в Питер. Да и не хотелось ещё больше глупостей натворить. В её присутствии я иррационален непомерно.