Книга Капкан чувств для миллиардера, страница 117 – Марта Заозерная

У меня язык не повернется сравнивать их. Но я понимаю, что взгляды на будущее могут быть разные, особенно учитывая потенциал Эм. Ближайшие лет десять, как минимум, она может заниматься саморазвитием и наукой. Перед ней все двери открыты. А я «версия десять плюс» буду изучать прелести жизни на шестом десятке, хорошо хоть могу позволить себе не сидеть в очереди в поликлинике.

Охуенная перспектива.

Эмма молчит. Обдумывает услышанное. Да и что тут скажешь? До неё наконец-то природа моей сущности начала доходить. Однако уже поздно. Надо было раньше соображать.

Во времена спортивной карьеры я красилась много и беспощадно. Да-да, именно так. Живого места на лице трудно было найти. И тональника разве что в волосах не было. За время выступлений ты настолько привыкаешь быть эффектным, что в жизни себе серой мышкой кажешься. Нас потом эту всю красоту — от края лба до груди, которой не было, — смывать заставляли и мылом тереть.

Сейчас мне надо собраться, а я смотрю на свою косметичку и не знаю, что мне делать. Немного страшно. Нет, конечно же, я не разучилась, но сейчас мне надо не ярко, надо хорошо.

Кстати, о хорошо. Есть одно интервью, к счастью — не завирусившееся. У нас его брали после чемпионата Кыргызстана. Мы с девочками красили сами себя и друг дружку. И ни одна (!) живая душа нам не сказала, что мы как полупугала выглядим. Было много туши, теней и подводки. Так много, что нетронутые брови «пропали» на общем фоне. Высокий уровень меланина не помог в том сражении. В итоге сидели перед камерами четыре безбровые обезьянки. А после того, как увидели запись, таким же составом плакали. Такие дела. Делая акцент на глаза, не забывайте про брови.

У Риты сегодня день рождения. Долго сомневалась, идти или нет. На Тимура, дядюшку её драгоценного, еще злюсь. Ужасно. Очень сильно. Неимоверное количество раз за последнюю неделю прокрутила у себя в голове сцену в аэропорту. Такое позорище… В Топ-5 моих личных унижений она будет бесспорно входить. Это надо было додуматься!? Хорошо, что охрана аэропорта, а не полиция. Заинтересованные взгляды всех собравшихся, от стюардесс до пассажиров. И только смеющаяся Оля. Тоже коза. Не удивлюсь, если она в сговоре с Тимуром была.

Сама она из страны решила сбежать из-за своего бывшего одноклассника. А меня бросила на произвол судьбы. Такое прощают вообще? Тоже мне, подруга нашлась.

«Закорская Эмма Романовна? Отлично! Пройдемте», — услышь я эту фразу еще раз — расплачусь в ту же секунду.

Глядя на свое отражение в настольном зеркале, не пронимаю, как синяки под глазами убрать. За последнее время столько всего произошло, что ещё капелька, буквально малейшая, и я буду на грани. А возможно, и за чертой.

Что делать с Тимуром? Иногда кажется, я на пороге отчаянья. Не понимаю его абсолютно. Он то горит всепоглощающим пламенем, то в ледышку бесчувственную превращается.Не могу уловить скрытый посыл. Хочется закрыться в квартире и лежать неподвижно, свернувшись калачиком. Ждать, когда всё само разрешится. Но оно не разрешится. Ничего не происходит просто так. Паучьи сети причинно-следственных связей крепко нас держат.

Самое главное — я не смогу без него. Понимание этого укрепляется во мне каждый день. Как бы я ни злилась, осознаю: хотела бы оказаться в его объятьях прямо сейчас. Чтобы обнял и не отпускал. Никогда. Лучше, чем в его объятьях, находясь в Китае, я себя не чувствовала много лет. Умиротворенно, спокойно, уютно. Могу на него злиться до конца своих дней, уехать подальше и быть несчастной. К счастью или к сожалению, счастье может быть заключено в одном человеке. Для меня так точно.