Книга Капкан чувств для миллиардера, страница 39 – Марта Заозерная

Падаю и взлетаю. Ежесекундно. Слишком волнительно. И жутко заманчиво.

Неделя пролетела с бешенной скоростью. Показалось, мне только сообщили — вот я уже в аэропорту. Я постаралась с пользой использовать каждую минуту. Освежила в памяти базис разговорного китайского языка. Чудесным образом основу моей образовательной программы в вузе составляют китайский и английский языки. Правда, мне привычен технический китайский. Придётся надеяться на свою прилежность в изучении и компетентность своих преподавателей.

Остальное время из имеющегося свободного я была занята обновлением своего гардероба. Никогда бы не подумала, но после переезда в Москву я стала помешанным шопоголиком. Затраты на приобретение шмоток значительно выше суммы арендной платы за квартиру, а снимаем мы одну из самых дорогих квартир из всех нам предложенных в Долгопрудном.

Я занимаю самую большую комнату в квартире. Вещи храню в трехстворном шкафу-купе, и на балконе для обуви закрытый стеллаж есть. Места не много, особо не разгуляться, поэтому я стараюсь покупать красивую, эстетичную и универсальную одежду, а это не дешево. В этот же раз я превзошла себя. Когда покупала костюм, в котором иду сейчас, моё подсознание вопило, что делать этого не стоит. Не должны шмотки студента стоить как годовая стипендия суммарно. Но я просто влюбилась в брючный костюм-тройку. Viva Magenta в самое сердце. Я всегда любила красный цвет, но этот карминово-красный оттенок меня просто очаровал.

Возможно, не стоило наряжаться в монохром. Сейчас, глядя на проходящих людей в черно-серо, максимум, белых нарядах, я кажусь себе канарейкой, которую в марганце искупали. То ли дело в магазине было — роскошно, стильно, привлекательно, броско, стильно. Надо припомнить, какие ещё эпитеты использовали консультанты, когда пытались подогреть интерес полоумной меня? Почему-то в тот момент я не думала о том, что нелепо буду смотреться. Казалось, раз крой классический, то выглядеть я элегантно буду, а не дерзко.

Опускаю глаза и смотрю на защипы на блузке на талии. Прикрываю глаза. Полоумная, честное слово.

Дел с утра было много. Нужно было заехать «домой к Тиль». Ребята там собрались меня проводить, поэтому попросила Тимура Алексеевича, чтобы водитель его за мной не заезжал. Теперь я жалею: может быть, если бы мужчина мне намекнул, я бы смекнула, поднялась домой и переоделась. Может, зайти в туалете аэропорта переодеться?

Изо всех сил стараюсь подавить в себе приступ паники. Я не всегда такая. Близость территориальная с Тимуром Алексеевичем меня такой делает. Обычно в жизни я спокойна. Во времена, когда спорт меня окутывал, тренеры и девочки по команде шутили, мол, мне можно в покер играть. На лице отражались только нужные для достижения результатов эмоции, никаких посторонних. Сейчас же моё сердце грозит пробить грудную клетку, защищающую его от повреждений.

Мне очень не хватает спорта. Иногда мне кажется, что режим саморазрушения включился с того момента. Несмотря на потерю родителей, я переживала, что двери в мир художественной гимнастики для меня закрыты. Злилась на себя за то, что о таких глупостях думаю, и все равно переживала.

Предложи кто мне тогда уйти в групповички, я бы не раздумывая согласилась. Сразу. Благо рост позволял. Индивидуалки обычно ростом пониже, чаще до ста семидесяти — ста семидесяти двух сантиметров. Для групповых упражнений девочек повыше набирают, до ста восьмидесяти. Я со своими сто семьдесят пять подходила неплохо. Но кроме меня никто так не считал.