Книга Капкан чувств для миллиардера, страница 47 – Марта Заозерная

— Спортивная база, в которой я занималась, была далеко от военного городка, где мы жили с семьей. Вокруг части километрах в пятидесяти не было никаких секций спортивных. Два года мы ездили с мамой по четыре раза в неделю на тренировки. Утром выезжали на общественном транспорте, к ночи возвращались по темноте. Остальные дни я дома занималась. А когда предложили в сборную региона вступить, и того хуже стало. Расстояние увеличилось в несколько раз, ездить туда обратно каждый день стало невыносимо. Я бросать не хотела. Родители позволили мне жить в школе-интернате при сборной. Мама особо не в курсе была, что у меня происходило. Я их очень любила и не хотела расстраивать. Когда мы выходные проводили вместе, только хорошее рассказывала.

Тимур лично мне дверь автомобиля придерживает, оставляя водителя стоять позади него самого.

— У отца возможности перевода не было? — спрашивает, опираясь о крышу авто, когда я забираюсь на сидение.

Отрицательно качаю головой. Мы не знали, чем именно он занимался, но учитывая, что в России не нашлось подходящего места, глупо было надеяться, что нас из-за моей прихоти могут ближе к Бишкеку переселить. Просить маму со мной переехать…Надо было просто видеть её отношение к папе. Все вопросы бы разом отпали.

— Я бы с удовольствием попробовала какую-нибудь национальную острую штучку, — говорю предвкушая, как Тимур сейчас меня отчитывать начнет.

Невооруженным, бесприцельным взглядом понятно: он не позволит такому случиться. Спасибо, что на экспертизу химического состава не отправляют ту еду, что я в рот отправить соберусь.

Тимур не скрывает того, что он нервничает по этому поводу. Ему не всё равно, что со мной станет после приема пищи. От одной этой мысли меня пробирает.

Меньше всего мне бы хотелось в его глазах выглядеть немощной, полудохлой девицей.

— Да, конечно. Мечтай. Тебе сейчас только острое и есть. Эмма! Я до сих пор в ужасе нахожусь, — Тимур опускается на диван рядом со мной и, поставив локоть на подлокотник, лбом в ладонь упирается. Качает головой.

Ничего более волнительного в моей жизни не было. Готова поклясться. То, как стремительно меняется наше общение, пугает, но при этом захватывает и увлекает. Внутри я трепещу от восторга. Скорее всего, и внешне заметно. Тимур очень часто смотрит на меня, и один уголок его губ ползет к верху, словно он знает всё, всё понимает.

— С чего бы это? — с легкой улыбкой смотрю на него. — Ничего ужасного не случилось. Вы… Ты сам слышал слова врачей. Обычный приступ. Мне уже лучше.

Как Тимур и обещал, мы с ним весь день проводим вместе. Наедине. Только вдвоём. Последние два часа из номера даже не выходили.

Смотрим фильм, сидя рядом, но не касаясь друг друга. Я не уверена, что хоть что-то из содержания фильма запомню. Сконцентрирована только на том, что он рядом. Кожей его чувствую. Каждый волосок дыбом стоит.

Тимуру звонят, извинившись, он поднимается на ноги и направляется к выходу из кинотеатра. Да, номер настолько огромный, что тут и кинотеатр имеется. С двумя огромными нереально удобными диванчиками. Не волнуйся я так сильно, уснула бы сразу: чувствую себя как на оболочке.

Ему очень часто звонят, рабочие вопросы ждать не могут, поэтому я с собой ноутбук принесла. Мнение о том, что девушка-программист — плохая девушка, является шуткой только от части. Частенько я беру ноутбук в кровать с вечера или встаю за ним посреди ночи, если бессонница меня догоняет. Проблемы в этом не вижу, только бабушка, когда к ним приезжаю и делаю так, очень ругается.