Книга Грымза и надувной Валентин, страница 4 – Евгения Серпента

— Понято, Михаил Андреевич. Простите, у вас… — Валентина дотронулась до своей щеки.

Бочаров зеркально схватился за свою щеку, на которой красовался полустертый отпечаток алых губ. Она представила, как кто-то из офисных див смачно целует его, поздравляя с праздником, а потом небрежно стирает след.

— Возьмите, — сказала, протянув ему упаковку влажных салфеток. — А то как-то… не очень.

— Благодарю, — буркнул Бочаров и поспешил на выход, злобно стиснув челюсти.

Маленькая месть доставила секундное удовольствие. Даже если надувной крендель был не его рук делом. Коллектив,говорите? Валентина свой коллектив ответно не любила. С какой стати его любить, если они дружно не любят ее?

Никаких дел на сегодня больше не было, поэтому она выключила компьютер и достала из шкафа пальто. Одевшись, с сомнением посмотрела под стол.

Оставить подарок там? Найдет уборщица, будет неловко. В шкаф спрятать? Вывалится в самый неподходящий момент — как и положено уважающему себя скелету.

В узкую амбразуру форточки Валентин не пролез. Вздохнув тяжело, Валентина открыла портфель и затолкала парня туда. Пришлось поднажать, но в итоге молния все-таки закрылась. Открытку порвала на мелкие клочки, коробку смяла, бросила все в мусорную корзину.

Водитель скучал в приемной. То есть совсем даже наоборот, не скучал, а флиртовал с Олей. Та смеялась тоненько и кокетливо стреляла глазками. Увидев Валентину, оба испуганно замерли.

— Валерий, в машину! — приказала она. — Ольга, меня сегодня уже не будет. С праздником.

— С праздником, Валентина Григорьевна, — пискнула Оля. — До свидания.

В лифте Валентина не поехала, спустилась по лестнице, прикрывая собою раздутый портфель. Дождалась у входа, пока не подъехала машина, села на заднее сиденье и сказала сухо:

— Валерий, отвезете меня домой и можете быть свободны. Завтра как обычно.

Поскольку обедала Валентина в будние дни на работе, в холодильнике нашлись только остатки ужина, приготовленного вчера домработницей. Лиля приходила три раза в неделю, убирала, стирала, закупала продукты и готовила на два дня, а в пятницу — на три. Холодная курица не воодушевила, поэтому Валентина заказала острый том-ям и суши из ближайшей псевдовосточной харчевни.

Покончив с обедом, она вытащила из портфеля Валентина, достала ножницы и уже хотела отрезать ему член, но рука дрогнула.

Показалось, что он смотрит на нее умоляюще. Просит пощады.

Вот так и сходят с ума, Валя! На почве одиночества и сексуальной неудовлетворенности.

— Ну и что мне с тобой делать? — спросила, щелкнув его по носу. — Прости, оставить у себя не могу. Завтра Лиля придет. Она женщина пожилая, строгая. Увидит тебя, подумает про меня… всякое. А хорошую домработницу найти — проблема.

Открыла окно, чтобы выбросить, и увидела двух девчушек лет пяти, которые увлеченно лепили снеговика. Ну кем надо быть, чтобы сбросить им на голову такую игрушечку?

Подумав, вытащила из ведра под раковиной мусорный мешок, заполненный наполовину, и попробовала затолкать Валентина в него. Или ноги, или голова торчали. Конечно, можно было взять другой мешок или просто вынести мусор поздно вечером, но у Валентины сдали нервы.

Схватив кухонный нож, она замахнулась, чтобы воткнуть его Валентину в грудь, но снова наткнулась на умоляющий взгляд карих глаз. Рука опять дрогнула и опустилась, не причинив пупсу вреда.