Книга Обитель Короля снов, страница 74 – Валентина Зайцева

— Я больше не люблю этого подлеца, — прошептала я.

Сказать это вслух было шоком для меня не меньше, чем для него. Он вытер мои слезы большим пальцем. Мои глаза остановились на его губах, так близко. Я едва дышала. Но знала, что если не поцелую его сейчас, буду жалеть.

Потому что горе не было из-за Кирилла. Это страх, что я не принадлежу этому миру, никогда не принадлежала. И однажды мне придется уйти через красную дверь. Одной. На той стороне нет Кирилла, даже если бы я хотела, чего не было. И на этой стороне никого…кроме… Руки Грезара лежали на моем лице. Его губы в сантиметрах от моих. Эмоции кружились. Недавно я хотела его убить. Сегодня не представляла жизни без него. Я подалась вперед. Мне это было нужно, хоть и не следовало. Мы были врагами, но я никогда никого так не желала. Грезар опустил руки и притянул меня, и в этом быстром движении его губы нашли мои. Двери снова взревели, волосы хлестали вокруг, но я чувствовала только его, прижимающего меня, захватывающего мои чувства, пока наши губы сливались. Это было яростно, неистово и, чёрт возьми, лучший поцелуй в моей жизни. Если Грезар никого не целовал до меня, это было незаметно. В его движениях не было ничего сдержанного, и это делало их ещё более волнующими. Мне было плевать на ветер, хлещущий по лицу, или сны тысяч людей, проносящиеся мимо. Он был и гаванью, и бурей, и всем остальным, и я была захвачена, взволнована и поглощена этим.

И вдруг двери остановились. Лес был пуст и тих, всё как прежде. Момент закончился, едва начавшись. Он отстранился, в глазах — безумный взгляд. Это не был взгляд мужчины после первого поцелуя. Это было лицо того, кто прыгнул в пропасть и упал. Он развернулся и ушел за красную дверь к поляне, оставив меня одну, растерянную, с покалывающими губами и воспоминанием о самом жарком поцелуе в моей жизни.

Я не двигалась. Неуверенность пригвоздила меня к земле. Сквозь просвет между дверями я видела Грезара. Он был в десяти шагах, но пройти это расстояние оказалось непосильно. Мы поцеловались. Эта мысль наполняла меня ужасом. Ужасом, потому что я этого хотела. Боже, не должна была. Грезар был моим врагом. Может, мы больше не жаждали убить друг друга, но друзьями не были, и уж точно не чем-то большим. Но в тот момент я позволила горю по Кириллу заглушить здравый смысл. И безрассудно поддалась поцелую. Какой же я была глупой? Грезар не хотел меня целовать. Он никогда не выказывал интереса ко мне в этом смысле. Напротив, твердил, что я и мой род — ужасные создания. А я, как идиотка, бросилась к нему, словно отчаявшаяся женщина, пытающаяся забыть бывшего, чем я и была. Но в этом была виновата не только я. Он вернул меня к Кириллу, пусть и во сне. Он вверг меня в это состояние. Я забывала своего подлого бывшего. Какое, чёрт возьми, право он имел возвращать меня туда? Никакого. Если у меня и появились чувства к этому измученному подонку, это его вина.

Всё это хорошо, но мне предстояло вернуться к нему, сесть у костра напротив и притвориться, что всё в порядке, что моя жизнь не перевернулась из-за поцелуя, который ужаснул его так же, как ошеломил меня. Я смотрела, как он разводит костер, его лицо не выдавало эмоций.

Ох, чёрт. А что, если он просто держал меня, чтобы я не улетела в ветре, а я ошиблась и начала его целовать? Стыд захлестнул душу, пока я не прокрутила момент в голове. Он точно поцеловал меня первым. Тогда почему его лицо выглядело так, будто он жевал лимон? Ладно, если он может притворяться, что ничего не было, я тоже могу. Я вытерла последние слезы рукавом, глубоко вдохнула и выпрямилась.