Книга Обитель Короля снов, страница 83 – Валентина Зайцева

Ворон нетерпеливо взлетел и расправил крылья. Я ждала, что он полетит к озеру, но он прыгнул на раму ближайшей двери.

— Хочешь, чтобы я вошла? — спросила я.

Он кивнул и запрыгал. Это была дверь рядом с красной. Ничего особенного, и я не ждала ничего необычного внутри. Ворон просто пытался помочь.

Я глубоко вздохнула и повернула ручку. Дверь открылась, и я шагнула внутрь.

Я прошла через множество дверей и знала, что внутри ничто не навредит. Только воображение спящего. Ничего осязаемого, но я нервничала, когда дверь закрылась, оставив меня в полной тьме.

Тьма сменилась бледно-зелёным лугом зимним днем. Девочка лет пяти-шести весело скакала по лугу. Она улыбалась, но улыбка не касалась глаз. Она замедлилась, приложив палец к губам. Её взгляд метался, ища кого-то, кого я не видела. Она тоже. Кого бы она ни искала, его не было… А потом он появился. Девочка засияла, когда мужчина, видимо, её отец, вбежал и подхватил её, закружив. Она хихикала, и сцена начала меркнуть. Такой короткий сон, такой трогательный. Часто ли девочка играла с отцом на лугу, или он был потерян для неё в реальности? В том и загвоздка. Я не могла знать правду этих историй. Это личные мысли миллиардов людей, и они мало походили на реальность. Скорее желания сердец, чем правда. Я вышла, наблюдая, как дверь прошла мимо красной, к стороне завершенных снов. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я открыла вторую дверь ночи, как делал Грезар. Я не знала, почему двери в двух рядах напротив друг друга, а не в одном длинном, но Грезар чередовал их, позволяя обоим рядам пройти мимо красной двери.

Второй сон был о молодой женщине. Она стояла за трибуной под бурные аплодисменты. Как и первый, сон был коротким. Счастливый, о свершении, но я не знала, воспоминание это или желание. Грезар видел миллиарды таких отрывков, но не знал, что они значат. Грусть охватила меня, когда я стояла на его месте, переходя от сна к сну, не зная, что будет с этими людьми. Словно открытькнигу на середине, прочесть страницу и потерять её, получив другую. Неудивительно, что он такой. Всегда часть чужих жизней, но вынужден уходить, снова и снова. Лишь немногие, как Анна Максимовна, знали о его существовании.

Я проходила через двери часами, наблюдая, как мелькают жизни. Каждый сон истощал меня, даже счастливый. У меня бывали счастливые сны — прекрасное место, солнце греет спину, — но я просыпалась в пустой квартире с пустым холодильником. Это существование было бессмысленным. Какая ужасная работа. Глубоко внутри я чувствовала, что Грезар это знает, но бросить её означало уничтожить всё. Я была эмоционально разбита, когда Ворон спрыгнул с дверной рамы на моё плечо.

— Хватит? — спросила я, погладив его. Он кивнул, что я приняла за «да». Ещё один день работы, чтобы оба мира существовали. Но это не полный день. Часы работы для меня — меньше мгновения на Земле. Я вымоталась за миг. Это заставило взглянуть на Петра Сергеевича иначе. Он платил гроши за восемь часов, но эта работа не платила вовсе.

Я шагнула между дверями, чтобы вернуться на пляж, но что-то остановило меня.

Воспоминание о девочке на лугу, первом сне той ночи. Она напомнила мне маму.

Грезар управлял дверями, чтобы я увидела сны Кирилла. Что, если я смогу войти в разум мамы? Возможно, как Анна Максимовна, она меня увидит. Я заставлю её. Мне нужно сказать, что я сожалею. Сожалею, что сбежала, что не вернулась. Что не была такой дочерью, как Лиля.