Книга Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии!, страница 87 – Инна Дворцова

― Послушай, щенок, ― отчим говорил жёстко, хлёстко, не стесняясь в выражениях. ― Ты, что же думаешь, что тебе это с рук сойдёт. Девчонка моя!

― Яра моя девушка и если вам нужна была её невинность, то вы опоздали, ― жёстко сказал Ветров.

― Зачем ты ему рассказал, ― смущённо зашептала я, подыгрывая Алексею и наслаждаясь обескураженным лицом отчима.

― Стерва, потаскуха, как и вся ваша долбанная семейка, ― заревел отчим, кидаясь ко мне.

Сзади на него кинулся ректор, удерживая за руки. Ветров, задвинул меня за спину и стал перед разъярённым отчимом.

Вырвавшись из хватки ректора, Полозов получил кулаком в лицо от Алексея. Я закричала.

― В спальню, Яра, ― с холодным спокойствием приказал Алексей. ― И запрись.

― Я положу на алтарь и тебя, и всю твою семью, ― ревел отчим. Поднимаясь и стирая кровь из разбитой губы. ― Мерзавец! Щенок!

― У меня закружится голова от ваших комплиментов, ― насмехался Алексей. Казалось, что он совсем не боялся отчима. ― Моя семья, некроманты и, жертвуя нами, вы рискуете получить в кровниках личей, которые не перед чем не остановятся, пока не убьют вас.

― Скажу Владимиру, что воспитал зверёныша, ― перешёл к угрозам отчим.

Я подглядывала в замочную скважину, боясь пропустить развязку. Отчим вёл себя так, как будто никогда не получал по физиономии. Он испугался и больше не лез на Ветрова с кулаками.

― Обязательно скажите, ему будет приятно, ― продолжал играть с Полозовым Ветров, ― а то он постоянно говорит мне, что я слишком мягкий. Вместо того чтобы сразу упокоить, я дерусь как кулачный боец и разговоры разговариваю.

Я же была удивлена. Страшный Полозов отступил. Но почему? Не мог он испугаться мальчишки.

― Господин Арчаков, забирайте вашего друга, ― приказал Ветров.

Полозов вдруг бросился на него, и они упали, покатившись по полу. Я не видела, что происходит, слышала только удары. Но кто побеждает, не знала. Мучаясь от неизвестности, я вызвала туман и пустила его в комнату, где происходила драка, чтобы хоть как-то помочь Лёше.

В коридоре послышались шаги, дверь в комнату Ветрова отворилась.

― Алекс, ― услышала я взволнованный голос Тимофея. ― Что происходит, господин ректор?

― Не поделили студентку,― беспечно ответил Арчаков, ― не берите в голову Кольцов, отправляйтесь на дежурство.

― Моё дежурство в том и состоит, чтобы пресекать подобные инциденты, ― сказал Кольцов и ударил магией.

Кому он поджарил зад, я не видела, но услышала возмущённый голос отчима:

― Арчаков у тебя студенты совсем распоясались, где дисциплина в академии?

― Григорий, ты первый её нарушил, а они только защищались, ― почему-то стал на нашу сторону ректор.

Я призвала туман обратно и снова припала к замочной скважине.

― Ты же понимаешь, что я это так не оставлю, ― прошипел отчим. Он подошёл к ректору и оказался в поле моего зрения. Изрядно потрёпанный, потерявший былой лоск и вальяжность. Бровь разбита, глаза почти не видно.

― Григорий, отправляйся в лазарет, ― приказал ректор, вдруг вспомнив, что он тут главный. ― Кольцов, проводи. Аккуратно! Руки больше не распускай.

― Мы с тобой ещё поговорим, ― напоследок угрожающе сказал Полозов. ― я вернусь к тебе в кабинет и ответишь за это.

Тимофей вывел отчима из комнаты, а ректор устало сел в кресло.

― Ярослава, выходи, он ушёл, а нам надо поговорить.