Книга Тень и пламя, страница 171 – Рина Рофи

— Он что-то мне рассказывал, — продолжила я, возвращаясь к воспоминаниям. — А у меня, знаешь... как будто волосы встали дыбом на спине, и мурашки побежали... А когда он случайно коснулся руки... я поняла — мне конец. И тогда я сказала, что если он еще раз тронет меня, я ему руку по локоть откушу.

— Ох, жестко! — выдохнула Лекса с явным одобрением.

— Ну а братья... братья поняли, что их миссия в академии — не подпускать его ко мне. И стали вести себя, как мои личные охранники. Это жутко бесило! А Рэй, этот наглец...

— И твой будущий муж, — снова вставил он, сверкнув зубами в ухмылке.

— Р-р-р! Я не давала согласия!

— Так вот, — продолжила я, игнорируя его. — Он постоянно, постоянно, всегда был рядом! Что неимоверно бесило... А потом... потом Хеллоуин. Танец... А потом... ну, стена. В полнолуние зов был сильный... Он выломал стену. Хоть наше женское крыло и закрывалось от мужского в этот день на решетку... А потом я обратилась и помчалась в лес. Этот наглец нагнал меня и... поставил метку.

Я замолчала, чувствуя жар на щеках.

— Но... но мы не завершили ритуал соитием. Ибо... какого фига я должна была ему тут же давать?

— И сама себе проблем добавила, и мне тоже, между прочим, — тут же отозвался Рэй, его голос потерял игривость и стал серьезным. — Незавершенный ритуал — это жутко болезненно. Лиля практически потеряла сознание на следующий день. Жгло, как от раскаленных углей.

Я смотрела в стол, вспоминая ту адскую боль.

— А потом... пришлось завершить... — тихо закончила я.

Рэй тут же восстановил свое ехидное настроение.

— Ой, тебе, как будто, непонравилось...

Лекса смотрела на нас обоих, ее глаза бегали от одного к другому, а на лице расцветала широкая, счастливая улыбка.

— Боги, — прошептала она. — Это даже лучше, чем в сплетнях! Вы оба — настоящие катастрофы! И вы идеальны!

— А теперь... теперь вот я здесь, — развела я руками, словно подводя итог своему безумному рассказу.

Лекса, до этого слушавшая с раскрытым ртом, склонила голову набок, и ее рыжие волны перелились под светом кухонной лампы. На ее лице расплылась озорная, довольная ухмылка.

— И воняешь моим братом, — хихикнула она, беззастенчиво тыча пальцем в мою сторону.

Я застыла на секунду, а затем фыркнула, не в силах сдержать улыбку. Да, отрицать это было бесполезно. Его запах — дикий, дымный, неповторимый — был повсюду: на мне, в воздухе, вероятно, уже въелся в стены этой некогда стерильной квартиры.

— Ну, знаешь ли, — парировала я, поднимая бровь. — Это взаимно. Он тоже теперь пахнет мной. Так что, считай, мы квиты.

Из гостиной, где Рэй устроился с ноутбуком, донеслось его довольное ворчание:

— И я не жалуюсь. Наоборот.

Лекса покачала головой, смотря на нас со смесью восторга и обожания

— Боги, вы невыносимы. Но, черт возьми, я рада, что он нашел тебя. Кто-то же должен был его укротить. И, похоже, эта участь выпала тебе, бедняжка.

— Эй! — возмутился Рэй.

— Я не укрощаю! — возразила я одновременно с ним.

Лекса только рассмеялась в ответ и потянулась за очередным пончиком.

— Как скажете, «неукротимые». Как скажете.

Лекса отломила еще один кусочек пончика, ее взгляд стал задумчивым.

— Да, не думала, что мы породнимся с вами, с Теневыми, — сказала она, разглядывая глазурь. — Только и говорят о том, что теперь у нас мир. Наконец-то... — Она подняла на меня глаза, и в них вспыхнули озорные зеленые искорки. — Да еще и какой! Сама Белая Волчица клана Теневых, Лиля Теневая. Любимица Артура Теневого. Легенда.